Назад

Васильева Н.И.

РУСЬ И ВАРЯГИ

1. Краткий курс истории норманизма


 

Чудище обло, озорно, стозевно и лаяй...

С чего все началось?

Известно, с чего:

"изгнали варяг за море и не дали им дани, и начали сами собой владеть. И не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать между собой. И сказали они себе: "Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву". И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, подобно тому как другие называются свей [шведы], а иные урмане [норвежцы] и англяне [датчане], а еще другие - готы [жители о. Готланд], - вот так и эти прозывались. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и володеть нами""...

Некогда, в времена Петербургской империи, из этого краткого сообщения Повести временных лет создали "миф о призвании норманнов", под которыми разумели скандинавских викингов. Эти норманны колонизировали местное славяноязычное население, обучили его кое-какой культуре и организовали государство...

Да, как ни печально, придется вновь вернуться к "норманической" легенде, изрядно всем уже надоевшей. Сколько слов было уже по этому поводу написано нет, все мало... Все еще кому-то кажется, что "земля у нас велика и обильна, а порядка в ней нет" и потому надо непременно призвать себе на голову каких-нибудь варягов, чтобы они покруче "володели" нами.

Разумеется, никаких норманнов-скандинавов в тексте Повести временных лет нет: их там "увидели между строк". Из знаменитого летописного текста можно только понять, что был некий варяжский народ, то есть народ, живший на побережье Балтики, называвшийся Русью, но к тем, кого сегодня называют скандинавами, эти варяги-русь никакого отношения не имели: ясно же сказано, что они были не шведы, не норвежцы и не датчане. Тогда кто?... Прибалтийские славяне, занимавшие в раннем средневековье земли от устья Эльбы до Западного Буга. Современные источники подтверждают, что южнобалтийские славяне назывались ругами, а также и русами. Дело в том, что в раннем средневековье формирование современных славянских народов еще не завершилось, и разные их группы сохраняли между собой связи и часто носили одинаковые имена: так, собственно "славянское" название сохраняли в качестве племенного жители Приладожья и Приильменья (новгородские словене), верхнего Дуная (Словения), Прикарпатья (Словакия)... То же самое было и с "русским" именем: в раннем средневековье его носили жители современной Южной России, но также и южнобалтийского Поморья (на территории современной Восточной Германии и Польши), и Подунавья (на территории современной Австрии и Венгрии).

Варяги, русь и славяне - это один и тот же народ, вернее, части единого целого. "Призвание варягов", основавших русское государство, представляло собой движение внутри славянской общности, движение, по сути, завершившее формирование современных славянских этносов. Современная историческая наука дает основание утверждать, что русская государственность как и культура, экономика сложилась на собственной основе. Данные археологии, лингвистики, этнографии не подтверждают сколь-нибудь заметного влияния Скандинавии на севере России в 8-11 вв. Казалось бы, все ясно. Но кое-кого эта простота и ясность не устраивает, как не устраивала, впрочем, и раньше.

Вкратце необходимо остановиться на предыстории норманического мифа (вкратце, потому что на эту тему написано уже, наверное, тысячи томов). Прежде всего, очень интересно, когда именно он возник; возраст мифа сам по себе может пролить свет на его тайный смысл. Не приходится сомневаться, что древнерусская летописная традиция "норманизма" не знала. Этот факт тщательно замалчивается сторонниками сей "теории" , но уж очень сильно он выпирает: шила-то в мешке не утаишь. Кроме сомнительного единственного места в летописи о призвании "Рюрика на княжение, ничего больше нет! Нет в русских летописях никаких упоминаний о связях со скандинавскими династиями, как ни ищи, есть только свидетельства пребывания в Киеве скандинавов-наемников, и то только во времена Владимира и Ярослава Мудрого. Точно то же относится и к противоположной стороне: глубокое молчание о "варягах-руси" хранят скандинавские саги, исторические хроники. Правда, есть упоминания о скандинавских воинах на службе в Киеве в период правления Владимира и Ярослава - в подтверждение сообщений русских летописей.

"Молчание источников" продолжалось до 16 в. Никто ни о каких норманнах и не вспоминал. Русская историческая традиция давала совсем иную интерпретацию "призвания варягов". В конце 15 в. бывший литовский митрополит Спири-дон-Савва, эмигрировавший на Русь, написал трактат, пытающийся вывести Рюрика и его династию... от римских императоров1. Конечно, это типичный для позднего средневековья "изыск"; но важно то, что в этом произведении приход Рюрика в Новгород из славянского Привисленья считался чем-то самим собой разумеющимся, не требующим особых доказательств.

В каком состоянии находился вопрос о призвании варягов еще в середине 16 в., хорошо видно из знаменитого произведения австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна "Записки о московитских делах", фактически первом взгляде на Россию "с того берега".

Общее название всех северо-западных славян, обитавших от Эльбы до Западной Двины, было, как известно, венды (венеды, вандалы). С. Гер-берштейн писал в 1545 г.:

"...по-видимому, славнейший некогда город и область вандалов, Вагрия, была погранична с Любеком и Голштинским герцогством, и то море, которое называется Балтийским, получило, по мнению некоторых, название от этой Вагрии... и доселе еще удерживает у русских свое название, именуясь Варецкое море, т. е. Варяжское море; сверх того, вандалы в то же время были могущественны, употребляли, наконец, русский язык (!!!) и имели русские обычаи и религию. На основании всего этого мне представляется, что русские вызвали своих князей скорее из вагрийцев, или варягов, чем вручили власть иностранцам, разнящимся с ними верою, обычаями и языком"2.

Герберштейн, излагая общепринятое для своего времени мнение, ни на минуту не сомневался, что русская династия имела западнославянское, вендское происхождение. То же самое писали и другие европейские историки 16-17 вв.: поляк Стрыйковский, француз Дюре... "Норманическая" теория даже не упоминалась: ее тогда просто не существовало. Очевидно, что этой же концепции придерживалась и русская историческая наука той эпохи; не даром Н. М. Карамзин, упоминая о ней, ссылался на "новейшие летописи", то есть, собственно говоря на отечественную историческую мысль 15-17 вв.3 В чем же дело? Почему то, что еще в 16 в. не вызывало ни у кого сомнений, стало вдруг предметом ожесточенных споров?

Ответ напрашивается сам собой: в царствование Ивана Грозного новая Россия впервые столкнулась лицом к лицу с военной мощью Запада. В период Ливонской войны Россия попыталась вернуть себе территории, ненароком прихваченные милыми соседями в тяжелые годы татаро-монгольского ига. Это встретило, разумеется, полное "непонимание": Запад продолжал наращивать экспансию. Дранг нах остен шел полным ходом. Итак, очевиден временной рубеж: Ливонская война. Еще тогда, в период "обострения отношений" между Иваном Грозным и Юханом Третьим Шведским произошла "дипломатическая полемика", и впервые властные структуры Запада попытались применить оружие идеологической войны: шведский король, пытаясь доказать неполноценность русской государственности, усиленно налегал на важную роль, которую, по его мнению, в Киевский Руси играла скандинавская дружина. Речь шла именно о дружине, о норманнах-наемниках на службе у Ярослава Мудрого; об этом шведский король мог знать из изсторических источников собственной страны, которые, как можно убедиться, память о тех далеких временах сохранили. Но никаких упоминаний о Рюрике и "признании варягов" в полемике между Юханом и Иваном Грозным еще не было... Претензиям Юхана Иван Грозный дал решительный отпор, холодно заметив, что эти варяги самостоятельной политической роли не играли, а их отношения с русскими властями строились на обычном наемничестве: шведы "коли его [русского князя] слушали, ино то его были"4.

Однако уже через несколько десятилетий все изменилось. В России настало Смутное время эпоха гражданской войны и интервенции; шведам удалось даже на время захватить Новгород. И вот уже в 1613 г. некто Ю. Видекинд в записке, подготовленной к русско-шведским переговорам, обосновывает законность территориальных притязаний своей страны тем, что у новгородцев, дескать , некогда был князь родом из Швеции по имени Рюрик5. Видимо, 1613 г. и является датой рождения норманизма. Можно указать не только время, но и место рождения: недра шведского МИДа той эпохи. Мотивы создания "новой теории" тоже вполне понятны: "Кемский волост!... О, ja, ja, Кемский волост!" При царе Иване Васильевиче иностранные послы, подбираясь к вожделенной Кемской волости и прочим местам, еще не дерзали измышлять о скандинавском происхождении его прямого предка: можно было, что называется, нарваться. К тому же Грозный царь был и превосходным полемистом, что хорошо видно из его писем. Но вот в России настала Смута, пала древняя династия; страна ослабла и не могла уже противиться наглому давлению. И тогда на белый свет полезли варяги-норманны.

Из всего этого ясно одно: норманнская теория с самого момента своего рождения уж с наукой-то точно не имела ничего общего. Какая уж тут наука, когда "Кемский волост".., Ну, и что же дальше? Дальше известно что: 18-й век, "радикальные реформы" Петра Алексеевича, строительство города Санкт-Петербурга, Академия де Сиянс, стрижка бород...

Напомним вкратце, как развивались события: царь Петр, пришедший к власти в результате переворота, набирает "команду реформаторов" из лиц неопределенной национальности, переносит столицу и называет ее по-немецки. Социально-политические, культурные и экономические реформы проводятся, естественно, по германскому или голландскому образцу. В результате "реформ" население России сокращается на одну пятую, Против патриотических сил развертывается террор, на Дону погибает каждый третий казак. Большая часть населения обращается в рабство -не в крепостную зависимость, которая была на Руси только до Петра, но в настоящее, классическое рабство наподобие античного или амери-канско-плантаторского, с правом купли-продажи отдельного человека (что, разве не так?). Наплыв авантюристов в элиту общества, попавших и в саму императорскую семью (например, вторая жена Петра бывшая проститутка... что, не правда?) вызывает неизбежный разрыв семейных связей и конец династии Романовых (1761 г.).

Видимо, следует напомнить, как проходили "радикальные реформы" образца 1690-1725 гг., а то у нас все представления о петровском времени упираются в известный роман и его экранизацию:

"...В конце 1706 года, почувствовав, что он запутался, Петр приказал всем своим финансовым ведомствам представить ему отчеты, из которых сразу и выяснилось, что приход, несмотря на удвоение налогов, уменьшился. Государству грозило разорение... С этого времени уже о правильном погашении всех требований расхода не было и речи, платежи жалования задерживались... во всем государственном хозяйстве воцарялся постепенно такой хаос, такая мешанина... расходов, что у людей порядка опускались руки, а у любителей ловить рыбу в мутной воде разгорались неудержимые аппетиты. За это время наживал свое громадное состояние Данилыч [Меньшиков]... Там целые полки не получают жалования и обращаются в полунищих, полуразбойников, ...там умирают с голода артиллерийские служители... Нужда была так велика, народное бедство достигало таких пределов, что в тогдашнем обществе люди стали серьезно задумываться о грозящих и настоящих бедах... За время с 1680 года по 1725 г. сумма получаемых государством с населения сборов почти утроилась, и это увеличение было достигнуто не развитием народного хозяйства, основывалось не на обогащении населения, а на доведении до крайности размеров самого сбора без всякой оглядки на платежные способности народа".

Ну, это нам знакомо. Но, может быть, такими средствами удалось достичь подъема экономики?

"...Предметом вывоза из русских портов были, конечно, преимущественно сырьевые продукты... с 17 в. стали особенно ценить на Западе русский строевой лес, смолу, деготь, тогда же пошли усиленно на вывоз продукты скотоводства кожа, сало, щетина, шерсть; со времен Петра за границу пошли продукты горного промысла, по преимуществу железо и медь..."

Вот зачем "реорганизовали" промышленность. А что творилось с сельским хозяйством?

"...В записке, составленной уже после смерти Петра для нового правительства, генерал-прокурор Ягужинский говорил, что "...В такое неурожайное время крестьяне не токмо лошадей и скот, но и семенной хлеб распродавать принуждены, а сами терпят голод и большая часть может быть таких, что к пропитанию своему впредь никакой надежды не имеют и великое уже число является умерших ни от чего иного, токмо от голоду"... В 1718 г. Петру пришлось сознаться, что, несмотря на все его меры, число нищих умножилось; он отвечает на это драконовскими указами: нищих, схваченных на улицах, приказывается бить нещадно батожъем... Кто не слушался указа и подавал милостыню бродячим нищим, тех хватали и брали с них штрафы".

Ну хорошо, все это, конечно, выглядит не очень красиво, но такова цена, которую следовало заплатить за европейскую культуру, которой нам не хватало! Кто же нам принес "новое слово"?

"Как реформатор, отдавший жизнь делу обновления отечества, [Петр] не любил духовенство, в массе которого находил наибольшее число противников того, что ему самому было всего святее и ближе... Правой рукой Петра в организации духовной коллегии был... некто Феофан Прокопович. К этому времени Феофан был уже вполне сложившимся человеком... Из Киева, где он кончил академию, Феофан, в миру Елеазар, попал в Польшу, здесь стал униатом, признал папу главой церкви, и стал звать себя Елисеем. Из Польши, в качестве униата, Феофан-Елисей очутился в Риме в коллегии св. Афанасия, учрежденной папою Григорием Седьмым... Начальник коллегии, иезуит, оценил и полюбил Елисея и звал его в свой орден. Но [может быть, "и"?] Елисей, пробыв три года в Риме, в 1702 г. вернулся в Россию..."

Эти люди делали "культурную революцию"...

Да, печально, но все это "трудности переходного периода". Ведь все прошло, положение в конце концов стабилизировалось. А вот и основной результат радикальных реформ по "западному" образцу:

"По Уложению [Алексея Михайловича] помещик не имел права оторвать свободного по закону крестьянина, обязанного жить на его земле, от земли... Уложение, прикрепляя крестьянина к земле, хочет только закрепить за землевладельцем рабочие руки и вовсе не имеет в виду отдать крестьянина в полное распоряжение помещика... в [петровском] указе 7 апреля 1690 г. [уже] читаем такое выражение: "Всякий помещик и вотчинник в поместьях своих и в вотчинах и во крестьянах поступаться и сдать, и променять их волен"... помещики, и без того путавшие в своем обращении крестьян с холопами, теперь еще больше привыкают обращаться с крестьянами, как с холопами. Злоупотребление помещичьей властью усиливается все более: особенно возрастает торговля людьми. Она принимает такие размеры, что даже Петр чувствует себя бессильным искоренить куплю-продажу людей. Осуждая в одном указе 1721 года продажу крестьян, "кто похочет купить, как скотов", Петр сомневается в возможности прекратить ее, но, предписывая "оную продажу людям пресечь", оговаривается, что "ежели невозможно того вовсе пресечь, то хотя бы, по нужде, продавали целыми фамилиями, или семьями, а не врознь, чего на всем свете не делается"6.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день... вот тебе и славный "Петербург Петра и Екатерины"... Если это не рабовладельческий строй, то тогда, простите, что это такое? Неужели будем продолжать верить мифу, будто рабовладение было только давным-давно, во времена Римской империи , а потом, дескать, этот способ эксплуатации себя экономически изжил, и наступил "прогрессивный" феодализм? Да рабовладение никогда само себя не изживет, просто потому, что это наиболее простой, удобный и эффективный способ эксплуатации по отношению к другой этно-политической системе. Паразитическая верхушка иноэтнического происхождения будет спокойно себе "рабовладеть", пока это позволяет терпение подданных!

Известно одно североамериканское племя, не достигшее даже уровня производящего хозяйства, имевшее самых настоящих рабов, причем число их приближалось к 30% населения, как в "лучшие" времена Римской империи. Сама знаменитая империя, классический образчик рабовладения, представляла собой "пирамиду", верхушку которой составляла элита, происходившая от маленького народца, захватившего на определенное время власть над всем средиземноморским миром. А рабовладение в Ассирии, высосавшей кровь из всей Передней Азии, а чудовищная по размерам и по масштабу преступлений рабовладельческая империя "татаро-монголов", а плантаторское "афроамериканское" хозяйство эпохи "первоначального накопления", а крепостное право Петербургской империи, а Третий Рейх, наконец... никто из паразитов за последние 3 тысячи лет, как видно, не утруждал себя изобретением новых способов эксплуатации: рабство оно и есть рабство, так-то оно надежнее. Пора, наконец, уразуметь, что имеются всего два способа организации общества: свободный, основанный на иерархическом структурировании живой этнополитической системы, и рабовладельческий, основанный на эксплуатации такой системы отбросами общества, внесистемными паразитами.

Отрицательная оценка последствий петровских реформ не должна ни в коем случае переходить на деятельность самого Петра, как бы это не казалось парадоксальным. Петровские "реформы" вовсе не были прихотью одного человека: они с необходимостью вытекали из ситуации, сложившейся в отношении России и Западной Европы в 17 в. Находившаяся в состоянии бурного роста и экспансии Западная цивилизация в самом деле была сильнее России, едва успевшей выбраться из под обломков "татаро-монгольского ига"... Выбирать особо не приходилось!

Петр Первый в своей деятельности руководствовался патриотическими соображениями и действительно, сделал все, что мог: если бы он не подчинился частично Западу, не включил в русскую элиту "прозападные" элементы, то Россия могла бы потерять независимость полностью, как это случилось впоследствии с Польшей. В результате петровских реформ Россия превратилась в зависимую страну, но частичное сохранение национальной элиты и национальных государственных институтов оставляло возможность для возрождения. Эта возможность впоследствии была использована. "Точкой перегиба" была Отечественная война 1812 года, когда Запад, после "артподготовки" - культурной экспансии - открыто попытался завоевать Россию. Как известно, не удалось; после Отечественной войны началось подлинное национальное возрождение России, сопровождавшееся небывалым духовным подъемом.

Чем же были на самом деле петровские реформы? Попыткой "привить цивилизацию" варварскому, отсталому народу, как говорят "западники", или злодейской диверсией против национальных основ, как говорят "славянофилы"? Ни тем, ни другим! Петровские реформы - это хорошая "игра в мизерах", или искусство выжить в совершенно невыносимой обстановке. В этом смысле позиция Петра по отношению к Западу полностью аналогична позиции Александра Невского по отношению к Востоку... Политику Александра, вынужденного уступить часть суверенитета Золотой Орде, некоторые историки склонны рассматривать как стремление к некоему единству, "симбиозу"... В таком случае, политика Петра - тоже "симбиоз", да еще какой! Из серии "не до жиру, быть бы живу"... Величие обоих политических деятелей, сумевших спасти в тяжелейших условиях независимость России пусть путем компромисса - несомненно, но следует отличать все же подъем от глубокого упадка, и не создавать сказок о сказочном "Петербурге Екатерины" и о "браке по любви" Руси с Золотой Ордой...

* * *

Вернемся к нашему недавнему рабовладельческому прошлому. С 1761 г., начиная с Петра Голынтейн-Готторпского и Екатерины Ангальт-Цербстской власть уже вполне открыто переходит в руки немецкой династии и наконец, стабилизируется на полтора столетия. При Екатерине рабовладение укрепилось и охватило до 50% населения России; всем хорошо известны "вознаграждения" живыми подарками, по нескольку тысяч человек в каждом, фаворитов любвеобильной императрицы (так и хочется сказать: "Екатерина, ты была не права!").

Апогея (или, может быть, апофигея) петербургская империя достигает в правление Николая Первого (1825-1856 гг.), правительство которого представляли исключительно "лица немецкой национальности": органы госбезопасности - Бенкендорф, Дубельт; министр иностранных дел Нессельроде; финансов Канкрин; фактический руководитель госсектора в экономике - министр путей сообщения Клейнмихель. Как видим, русские на ключевые посты не допускались, их держали только для представительства... В 1856-1861 гг. начался национальный подъем, с которым так или иначе вынуждено было считаться и правительство, однако "консенсуса" не получилось, и в 1917 г. династия "норманнов" вместе с поддержавшей ее частью элиты была уничтожена. В 1941 г. Германия попыталась вернуть Россию и другие славянские страны в сферу влияния своей цивилизации, но, как известно, не удалось.

Так, спрашивается, были "норманны" или нет? Конечно, были, причем совсем недавно. Во времена петровских реформ потребовалось подвести идеологическое обоснование, для чего и были выписаны в Россию крупные ученые с Запада; выполняя социальный заказ, они и создали "легенду о призвании варягов". В российскую историческую науку на белом коне въехала тевтонская троица: Байер, Миллер и Шлецер. Эта троица безапелляционно утвердила норманизм во всей его красе. Член "Академии-де-Сиянс" первого призыва, Г. С. Байер уже в 1730-е гг., в бироновскую эпоху, состряпал вполне удобоваримое норманическое блюдо. Особой полемики не было: доказательства "нового слова в науке" были основаны на довольно-таки весомом аргументе - на тайной канцелярии с ее отработанной методикой в борьбе с инакомыслием.

Первый отпор "новое мышление" получило только после свержения галантного "курляндского герцога" с российского престола. В 1749 г. еще один представитель "Академии-де-Сиянс", Г. Ф. Миллер произнес речь "О происхождении и имени народа Российского" (можно себе представить, что он высказал о происхождении и имени народа Российского!), вызвавшую немедленный отклик М. В. Ломоносова: "..Сие так чудно, что если бы г. Миллер умел изобразить живым стилем, то бы он россиян сделал толь бедным народом, каким еще ни один и самый подлый народ ни от какого писателя не представлен". С живым стилем у норманистов всегда было плоховато, тем более что первые из них вряд ли хорошо говорили по русски...

Выступление Ломоносова оказалось "гласом вопиющего в пустыне". В те времена считалось неприличным сомневаться, что вся "руссиш культуриш" была заимствована с Запада, что основы государства Российского заложены скандинавами с их "нордической" породой и явно выраженной "волей к власти". Основатели династии Рюрик, Олег и другие, разумеется, могли быть только норманнами; их имена могли трактоваться только как скандинавские. Напрасно возражал Ломоносов, что "на скандинавском языке не имеют сии имена никакого знаменования"7; напрасно выдающийся историк В. Н. Татищев, основываясь на подлинных документах - русских летописях (в том числе позднее утраченной Иоакимо-вой), пытался вести спор на научном уровне... Какой там научный спор! Тут призом была уже не "Кемская волость", а вся Россия...

К концу 18-го столетия норманисты могли торжествовать "полную и безоговорочную" победу. Не было уже в государственной элите людей, подобных Ломоносову и Татищеву. Официальный историограф петербургской династии Н. М. Карамзин мог себе позволить разве что упомянуть о том, что имеется и альтернативный взгляд на проблему происхождения русского государства, но отклониться от господствующей "теории" это уж ни-ни. Дошло до того, что норманическая легенда вошла в сознание даже лучших представителей русской интеллигенции той эпохи, правда, не со знаком "+", как в официальных кругах, а со знаком "-"; в их глазах "призвание варягов" в 9 в. казалось точной копией происходившего в 18 в. унижения России.

Момент прозрения можно определить довольно точно. В 1793 году А. Н. Радищев написал знаменитое: Я взглянул окрест, и душа моя страданиями человеческими уязвлена стала. "Чудище обло, озорно, стозевно и лаяй" нависло над Россией. Но увидеть и осознать - это уже значит отчасти "преодолеть".

Почти одновременно с выходом книги Радищева происходит переосмысление легенды о "призвания варягов" - в известной пьесе Я. Б. Княжнина "Вадим Новгородский" (1789 г.). Используя краткое сообщение Никоновской летописи о неком Вадиме, поднявшим восстание против Рюрика и убитым им ("Того же лета оскорбишася Новгородцы, глаголюще: "яко быти нам рабом, и много зла всячески пострадати от Рюрика и от рода его". Того же лета уби Рюрик Вадима храброго, и иных многих избы Новгородцев, советников его"), Княжнин создал образ русского патриота, гибнущего в неравной борьбе с вражьими силами "варягов", захвативших власть на Руси и уничтоживших древнюю свободу. Вскоре после того, как "Вадим" стал известен в обществе, Княжнин умер при загадочных обстоятельствах. Какого мнения были современники о судьбе писателя, можно получить представление из краткого замечания А. С. Пушкина "Княжнин умер под розгами"8. Известный историк той же эпохи, Д. Н. Бантыш-Каменский сообщал, что Княжнин был допрашивая Шешковским, начальником Тайной экспедиции, впал в жестокую болезнь и умер в начале 1791 года. Методы работы "тайной экспедиции" были хорошо известны...9 Несгораемая рукопись "Вадима" в 1791 г. была конфискована и сожжена.

Однако репрессии не помогали. Такое же негативное отношение к "норманической" легенде сохранялось и позже. "Вадим Храбрый" стал излюбленной темой поэтов; над ней работали Жуковский, Рылеев, Пушкин, Лермонтов... Вот как выглядит "призвание варягов" в поэме М. Ю. Лермонтова "Последний сын вольности":

..."Ах, вы люди новгородские!
Между вас змея-раздор шипит.
Призовите князя чуждого,
Чтоб владел он краем родины!" -
Так сказал и умер Гостомысл.

Кривичи, славяне, весь и чудь
Шлют послов за море синее,
Чтобы звать князей варяжских стран.
"Край наш славен - но порядка нет!" -
Говорят послы князьям чужим.

Рурик, Трувор и Синае клялись
Не вести дружины за собой;
Но с зарей блеснуло множество
Острых копий, белых парусов
Сквозь синеющий туман морской!..

Обманулись вы, сыны славян!
Чей белеет стан под городом?
Завтра, завтра дерзостный варяг
Будет князем Новагорода,
Завтра будете рабами вы!.
.....................................................
Увы! Пред властию чужой
Склонилась гордая страна,
И песня вольности святой Уже забвенью предана.
Свершилось! Дерзостный варяг
Богов славянских победил;
Один неосторожный шаг
Свободный край поработил!
Но есть поныне горсть людей,
В дичи лесов, в дичи степей;
Они, увидев падший гром,
Не перестали помышлять
В изгнанье дальнем и глухом,
Как вольность пробудить опять;

Отчизны верные сыны
Еще надеждою полны...

Обнаженный трагизм этой поэмы (одинокий герой погибает, ничем не прикрытое зло торжествует безраздельно) - своего рода показатель момента максимального господства норманизма и в жизни, и в идеологии николаевской империи. И одновременно - духовный рывок, преодоление, начало нового подъема...

Поэма Лермонтова осталась неизвестной современникам, но отношение к правящим "норманнам" великий поэт сумел выразить в другом произведении, получившим, что называется, широкую огласку с момента написания:

А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,

[это об "аристократии", основанной "птенцами гнезда петрова" и их постельной обслугой]
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!

[а это уже о настоящей русской аристократии, о Волконских, Оболенских, Одоевских...]
Бы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!

[ну, это понятно о Бенкендорфах, Дубельтах, Нессельроде, и конечно, о самих голштинско-цербстских псевдоромановых]
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда - все молчи!..
Но есть и Божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет.
Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,

И ВЫ НЕ СМОЕТЕ ВСЕЙ ВАШЕЙ ЧЕРНОЙ КРОВЬЮ...
................................................

Конечно, ЭТИ, которые с черной кровью, все прекрасно поняли, и подписали юному поэту смертный приговор. Но Боже, какое наслаждение бросить в лицо властвующей мрази это страшное пророчество, тем более и это все тогда почувствовали! пророчество правдивое...10

Между тем времена менялись. Трагический момент отчаяния, когда власть "норманнов" казалась всемогущей ("чудище обло, озорно, стозевно и лаяй..."), отошел в прошлое. Начался подъем русского национального самосознания, золотой век русской культуры. Пришла пора усомниться в правоте "легенды о призвании".

"Варяжский вопрос" оказался в центре внимания пробудившейся в годы реформ свободной мысли. В 1860 г. состоялся публичный диспут двух историков, специально посвященный "варягам", диспут, вызвавший небывалый общественный резонанс. Позицию официального норманиз-ма защищал престарелый М. Погодин, "светило" исторической науки практически на всем протяжении николаевского царствования. Ему противостоял молодой историк Н. И. Костомаров, публиковавший свои работы в знаменитом "Современнике" (редактор: Н. А. Некрасов; сотрудники и постоянные авторы: Л. Н. Толстой, А. Н. Островский, И. С. Тургенев, Козьма Прутков, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов... короче, не журнал, а хрестоматия по литературе).

Сатирическое приложение к "Современнику", журнал "Свисток", принял самое горячее участие в освещении "варяжского" диспута. Увы, "маститый норманнщик" Погодин, как этого и следовало ожидать, наткнулся на днепровские пороги. Свисток немедля свистнул: "Может, вы этого дела не изучали, так мы расскажем вам: мы ведь на все руки... Видите ли, Константин Багрянородный, византийский автор 10 века, написал сочинение об управлении государством, и так как собственно управление мало занимало его, то он и пустился здесь в ту науку, которую г-жа Простакова называет недворянскою. Перебирая разные местности, он, между прочим, говорит о семи порогах на Днепре и приводит их названия на двух языках: по-славянски, говорит, называется так-то, а по-русски так-то. Ученые принялись добираться, какой же это язык разумеется под именем русского.. Норманнщики, разумеется, принялись объяснять все из скандинавских языков. Между этими порогами особенно два показались им ясны: Варуфорос, по-славянски Вульнипраг, и Геляндри. Нашли в скандинавском war тихий и fors порог, а славянское имя растолковали - вольный праг; вольный и тихий - все равно, стало быть ясно... Другой порог, Геляндри, назван у Константина по-славянски, а как он по-русски этого не сказано; но норманнщики решили, что тут ошибка, и нашли в исландском точно такое слово, с значением шумящий. Опять ясно. Руководясь такими светлыми соображениями, г. Погодин, после всех доводов противника, объявил, что Геляндри и Варуфорос - это такие два столба, которые всегда поддержат норманнство и выдержат какой угодно напор..."11 Статью, посвященную диспуту, под названием "Наука и свистопляска", написал Н. А. Добролюбов. Ему же принадлежит и стихотворение на ту же тему:

Два порога

Геляндри и Варуфорос - вот два мои столба!
На них мою теорию поставила судьба.
Порогов сих названия так Лерберг объяснил
Из языка норманнского, что спорить нету сил.
Конечно, автор греческий их мог и переврать;
Но мог, против обычая, и верно написать,
Геляндри хоть приводит он в числе славянских слов;
Но ясно - здесь ошибся он, не зная языков.
..................................................
Геляндри и Варуфорос - вот, так сказать, быки,
Об кои обобьете вы напрасно кулаки!

Добролюбов, конечно, вволю поиздевался над схоластическо-филологической манерой "аргументации". Еще недавно норманисты были действительно страшны: за ними стояла тайная канцелярия и заплечных дел мастера. Но в 1860 г. Россия, смеясь, расставалась с прошлым...

Исчерпав научные аргументы в споре, Погодин дошел до того, что заявил: "внутренний голос говорит мне, что первые князья наши были норманны"... Эту классическую фразу следует запомнить, потому что норманическая свистопляска, увы, продолжается.

Нетрудно заметить, что в конце 18 - первой половине 19 в. против норманизма выступали только русские поэты и писатели, те, которых мы теперь называем "классики золотого века". Историки-профессионалы молчали или занимались схоластической свистопляской. Почему - вполне понятно: историческая наука слишком сильно связана с политической конъюнктурой и гораздо легче поддается контролю, чем свободное слово поэта. Однако уже в 1860-е гг. ситуация изменилась: появились первые научные труды, рассматривающие историю средневековой Руси без предвзятостей.

Следует, справедливости ради, отметить, что далеко не все "птенцы гнезда петрова", "лица немецкой национальности" из Де-Сиянс Академии были норманистами. Конечно, за это выплачивались немалые деньги, но бывают все же и такие историки, которым, несмотря на "приличное вознаграждение" противно повторять заведомую чушь. Подъем, охвативший русское общество в период Отечественной войны 1812 г. (следует вспомнить, что в этой войне Германия и Россия были союзниками), привел к появлению работы Г. Эверса (1814 г.), подвергнувшего норманизм разгромной критике. С истинно немецкой пунктуальностью Эверс не оставил от создания Байера-Миллера-Шлецера камня на камне. Однако в его версии киевские князья происходили от хазар. Почему от хазар? Ну, видимо, в начале 19 в. было довольно трудно себе представить, что в России когда-то правила национальная элита действительность-то была совсем другой. Фактически немец Эверс, сам того не подозревая, стал основателем "евразийства"! Работа Эверса, несмотря на ее хазарофилию, была все же первым серьезным критическим разбором норманизма. В дальнейшем это "раннеевразийское" направление разрабатывалось Д. Иловайским (1876 г.), выдвинувшим теорию происхождения русской элиты... от гуннов и булгар.

Забавно выглядит уже сам "разброс" мнений по поводу того, кем же по национальности были загадочные варяги, основавшие русское государство. Норманисты, разумеется, упирали на то, что это были скандинавы, хотя какие именно -тут уже никакого согласия не было; высказывались аргументы в пользу шведов, датчан, норвежцев... Татищев, пытаясь найти компромисс, выдвинул версию финнского происхождения варягов. Эверс предложил искать хазарский или венгерский след; Иловайский гуннский или болгарский. Костомаров, в поисках альтернативы норманизму предложил гипотезу литовского происхождения варягов, Шахматов - даже кельтского! Куда дальше? Буквально все соседи и даже не-соседи Руси были "перепробованы" на роль варягов... Пока не дошло, наконец, что самое простое и единственно возможное объяснение, это - теория славянского происхождения варягов-руси.

Возрождение "славянской" концепции происхождения русского государства произошло в 1830 - 1840-е гг. Это была эпоха Лермонтова и Гоголя, Белинского, Герцена и "славянофилов"... Главное слово было сказано: летописные "варяги" - это жители юго-западной Балтики, славяне!12 Тогда же началось, наконец, издание первоисточников русских летописей, которые оставались до той поры "тайной за семью печатями"...

Не останавливаясь подробно на перепитиях спора "норманизма" и "антинорманизма", следует отметить выдающийся вклад в прояснении исторической истины, внесенный С. А. Гедеоновым13. В его работе была, наконец, восстановлена концепция, принятая в русской национальной историографии еще со времен "позднейших летописей": происхождение династии Рюрика связано с землями балтийских славян. Следует вспомнить "исторический фон" в момент появления работ Гедеонова: 1860 - 1870-е гг. были временем подъема экономики, науки, культуры (это были "годы Толстого и Достоевского"), как следствие нарастало народническое движение (истинно национальные революции всегда бывают на подъеме, а не на спаде); казалось, чужеродное тело "норманизированной" элиты вот-вот' будет исторгнуто. Однако оказалось, что сделать последнее усилие не так просто и требуется еще большая искупительная жертва...

После революции многое изменилось, в том числе и в отношении к "варяжской" теории, однако решительному пересмотру на государственном уровне она подверглась только в годы борьбы с фашизмом. Поражение реальных "норманнов" привело и к поражению норманизма как идеологии.

Кстати, об этой идеологии... Вот как она выглядела еще 1 июня 1941 года: "...Меньше слов и дебатов. Главное - действовать. Русскому импонирует только действие, ибо он по своей натуре женствен и сентиментален. "Наша страна велика и обильна, а порядка в ней нет, приходите и владейте нами". Это изречение появилось уже в самом начале образования русского государства, когда русские звали норманнов приходить и управлять ими. Эта установка красной нитью проходит через все периоды истории русского государства: господство монголов, господство поляков и литовцев, самодержавие царей и господство немцев, вплоть до Ленина и Сталина. Русские всегда хотят быть массой, которой управляют. Так они воспримут и приход немцев, ибо этот приход отвечает их желанию: "приходите и владейте нами"..."14. Цитированный документ представляет собой официальную инструкцию Третьего Рейха, так называемые "двенадцать заповедей поведения немцев на Востоке и их обращения с русскими".

Да, лучше действительно не скажешь. Вот она, "тайная доктрина" норманизма во всей ее прелести и полноте. Главное, отровенно, без лицемерия. И в самую точку, прямо в яблочко! Ясно же сказано, что Россия это женская, "иньская" сущность... Требует силового воздействия извне... Об этом идет речь, а не о каких-то там исторических событиях, династиях и проч. Да, современные норманисты не любят, чтобы им тыкали в нос такими "коллегами", как автор этого текста (кто он был оберштурмбаннфюрер? штандартенфюрер? обергруппенфюрер? вюрстшнапскригсфюрер?), "творивший" в недрах какой-нибудь рейхсканцелярии...

В 1945 году казалось, что норманизм, наконец, похоронен; жаль, что забыли вбить в могилу этой "теории" осиновый кол. И вот в 1960 - 1970-е годы, в эпоху "застоя" и всеобщей расслабухи, упырь вновь вылез на белый свет...

На сем "норманическую" предысторию можно завершить; начинается современная эпоха. В заключение следует сказать, что, кроме как у нас, в России, никакого спора норманизма и антинорманизма нигде нет. Со времен Байера, Миллера и Шлецера, все научные работы по истории России "на том берегу" написаны исключительно с позиций норманизма; в том же духе составлены и школьные учебники. На тему "призвания варягов" пишется множество исследований, на которые тратятся немалые деньги (видимо, из неиссякаемого источника соответствующих военных ведомств). Впрочем, ничего нового по сравнению со Шлецером... etc. бесконечные западные норманисты не внесли; их работы представляют собой просто повторение одних и тех же затасканных аргументов, варьируется только наукообразный "наполнитель" (по принципу: капля камень точит). Конечно, так откровенно, как во времена третьего рейха, уже никто не высказывается, но, читая опусы подобного рода, следует помнить, какого рода "тайная доктрина" скрывается за ними.



1 Р. П. Дмитриева. Сказание о князьях Владимирских. М.-Л., 1955, стр. 162.
2 Сигизмунд Герберштейн. Записки о московитских делах. В сб.; Россия 15-17 вв. глазами иностранцев. Л.: Лениздат, 1986, стр. 37.
3 Н. М. Карамзин. История государства Российского, т. 1. Калуга: Золотая аллея, 1993, стр. 36.
4 Послания Ивана Грозного. М.-Л., 1951, стр. 153.
5 См. Д. А. Авдусин. Современный антинорманизм. Вопросы истории, 1988, № 7, стр. 24.
6 С. Князьков. Из прошлого русской земли. Время Петра Великого. М, Планета, 1991 - репринт 1909 г. стр. 304-306, 321, 369-370, 402-404, 476, 481-482, 488. Эти цитаты взяты из репринтного издания пособия для гимназистов образца 1909 г.
7 М. В. Ломоносов, Полное собрание сочинений, т. 6, М.-Л., 1952, стр. 30-31.
8 А. С. Пушкин. Полное собрание сочинений: в 10-и т. М., 1958, т. 8, стр. 129.
9 Русская драматургия 18 века. М., Современник, 1987, прим. на стр. 511.
10 Кстати о Лермонтове. Современникам великий поэт запомнился таким: "...До глубокой осени оставались войска в Чечне, изо дня в день сражаясь с чеченцами, но нигде не было такого жаркого боя, как 27 октября 1840 года. В Автуринских лесах войскам пришлось проходить по узкой лесной тропе под адским перекрестным огнем неприятеля; пули летели со всех сторон, потери наши росли с каждым шагом, и порядок невольно расстраивался. Последний арьергардный батальон, при котором находились орудия Мамацева, слишком поспешно вышел из леса, и артиллерия осталась без прикрытия. Чеченцы разом изрубили боковую цепь и кинулись на пушки. В этот миг Мамацев увидел возле себя Лермонтова, который точно из земли вырос с своею командой. И как он был хорош в красной шелковой рубашке с косым, расстегнутым воротом; рука сжимала рукоять кинжала. И он, и его охотники, как тигры, сторожили момент, чтобы кинуться на горцев, если б они добрались до орудий..." [из воспоминаний артиллерийского офицера К. X. Мамацева, в сб. "М. Ю. Лермонтов в воспоминаниях современников", М., Художественная литература, 1972].
11 Н. А. Добролюбов. Наука и свистопляска. В сб.: Свисток. М., Наука, 1982, стр. 95.
12 Ю. Венелин. Скандинавомания и ее поклонники, или столетие изыскания о варягах. М, 1842, стр. 111.
13 С. А. Гедеонов. Отрывки из исследований о варяжском вопросе. Спб, 1862; С. А. Гедеонов. Варяги и Русь, ч. 1-2, Спб., 1876.
14 Преступные цели - преступные средства. Документы об оккупационной политике фашистской Германии на территории СССР (1941-1945 гг.), стр. 33.



2. Время менять имена

Рассмотрим теперь (еще раз! сколько можно?) аргументы норманистов, благо их совсем немного. Прежде всего, развитие археологии, этнографии и других "прикладных" исторических наук за послевоенные десятилетия сделало невозможным утверждать о наличии хоть какого-нибудь значительного скандинавского влияния на русскую экономику, культуру, язык, религию и т. д. Ничего нет, кроме свидетельства о существовании норманнов-наемников в великокняжеской дружине 11 в., что и без того было известно по летописям. Разумеется, норманисты уже не могут этого игнорировать, и потому строят свои концепции на предположении, что норманская элита, дескать, очень быстро славянизировалась. Но тем не менее "мавр сделал свое дело": именно эта элита, материальные следы которой практически неуловимы, сыграла роль "закваски", "дрожжей" русской государственности...

Где же доказательства? А вот они все:

1) Аргумент первый: "Гиляндри и Варуфорос". Именно так, по свидетельству Константина Багрянородного, интеллигентного византийского императора, написавшего трактат "Об управлении империей", назывались днепровские пороги по-русски15. Константин приводит двойную систему названий, "по-русски" и "по-славянски", из чего делали вывод (все те же Байер-Шлецер... etc. в 18 в.), что русские названия - это скандинавские. Между тем название первого порога - "Не спи" звучит на "обоих языках" одинаково... Уж не напутал ли чего образованный византиец? Лучше бы этот император вместо теории занимался практикой управления империей, а то, говорят, был он отравлен собственным сыном по наущению невестки - красотки Феофано, дочери трактирщика...

2) Аргумент второй: "свеоны" послы "Хакана Росов". Имеется в виду сообщение Вертинских анналов 839 г. о задержанных на территории империи Каролингов неких послов Хакана росов, возвращавшихся от византийского императора16. Эти послы, оказавшиеся, как писал хронист, по национальности свеонами, вызвали у норманистов большой ажиотаж: из этого краткого сообщения сделали вывод, что русы шведы!

3) Аргумент третий: противопоставление "русских" "славянам" известное и по летописи, и по византийским, и по арабским источникам. Разумеется, норманисты толкуют это как доказательство отличия скандинавской дружины от местного населения. Но ни в одном источнике русские как этнос не отождествляются напрямую со скандинавами. Кроме того, из сообщений арабов о Руси очень хорошо видно, что имеется в виду не элита общества, а территориально целостный этнос, в чем-то отличный от "словенского", но достаточно ему близкий.

4) Аргумент четвертый: имена первых русских князей. Предполагается, будто бы Рюрик, Игорь, Олег - чисто скандинавские имена. Продолжается поиск "кандидата в Рюрики" на германских землях 9 в., особенно "доверие" вызывает некий Рорик Ютландский, мелкий феодал каролингского пограничья 860-х гг. Но если бы этому Рорику и в самом деле удалось "внедриться" в России, какой бы ажиотаж поднялся на Западе!..

Мы видим, что в основном аргументация норманистов строится на "филологических" доказательствах. Это и понятно: "материальные" факты уж очень сильно обличают их во лжи. Между тем толкование имен и комментирование-пере-комментирование текстов древних источников оставляет такой простор для произвола, такое дикое поле, где современному норманисту есть где разгуляться на воле. Средневековые схоласты, вычислявшие количество ангелов, помещающихся на кончике иглы, вполне могли бы позавидовать размаху подобных "исследований". Эти игры деда-буковеда продолжаются уже не менее трехсот лет, результат их довольно плачевный.

Итак, начнем с имен основателей династии. Прежде всего, следует знать, до чего может дойти безудержный "лингвистический" норманизм. Познать, так сказать, пределы. Во времена Миллер а-Бай ера-Шлецер а даже имя ВЛАДИМИР выводили из германских языков (и это несмотря на то, что обстоятельные средневековые немецкие хронисты не забывали при упоминании этого имени давать перевод: Владимир по-славянски значит владеющий миром). Можно, конечно, считать это курьезом, но... и до сих пор славянское значение имени кое-кому страшно не нравится. Хоть сейчас и не 18-й век-с, но есть в России 1997 года такие историки-профессионалы, Которые не поморщившись, не отводя глаз утверждают, что имя СВЯТОСЛАВ происходит от скандинавского "Сфендислейф"17...

Это вместо предисловия, к вопросу об уровне, на котором ведется дискуссия... Ну хорошо, "Владимиры" и "Святославы" легко читаются из современного русского языка. А другие имена? Они вроде бы как-то звучат "не по-русски"?

Не только в Киевской Руси, но и во многих других славянских странах раннего средневековья встречаются имена, кажущиеся "непонятными". Достаточно просмотреть сочинения немецких хронистов, чтобы встретить на их страницах западных славян-вендов, называющих себя: Коннильд, Регнальд, Мике, Дюк, Транно, Флокк, Грин, Тунго, Борна. Очевидно, эти имена того же стиля, что и варяжские в русских летописях - Аскольд, Акун, Тудор, Шихберн и так далее18. Откуда у славян так много "неславянских" имен? Напрасно считают каждое "незнакомое" имя результатом заимствования; забывают при этом, что язык имеет свойство меняться со временем, а "именной набор" не всегда такие изменения отслеживает. Разберемся.

Номер первый: РЮРИК. Относительно этого имени уже можно считать доказанным, что и само оно, и подобные ему формы были широко распространены в Европе чуть ли не с 4 в. н. э., среди кельтов и западных славян-вендов19. Между прочим, Рерик - старое название одного из крупных городов вендского Поморья (совр. Мекленбург). Самая западная ветвь славян занимала территорию современной восточной Германии и даже значительную часть полуострова Ютландия... Видимо, поэтому еще в эпоху Каролингов некоторые немецкие феодалы, владевшие только что завоеванными славянскими землями, и носили такие имена, как "Рорик Ютландский" Древние традиции еще не успели "выветриться"!

Кстати, а мог ли в самом деле этот Рорик Ютландский быть "нашим" Рюриком! О Рорике известно, что он в 857-861 гг. владел частью южной Ютландии (Дании) на границах империи Каролингов, а до этого - Дорештадтом на нижнем Рейне. В 870-873 гг. он числился вассалом императора Карла Лысого. Между тем об основателе русской правящей династии, Рюрике, известно, что он не позднее 862 г. (а может быть, и раньше) прибыл в землю словен и оставался их князем до самой своей смерти... Однако нашим норманистам такие "неувязочки" не помеха. Они утверждают, что Рорик Ютландский... мог "побывать" в России (в промежутке 861-870 гг., когда его имя не попадало в тексты западных хроник), потом вернуться обратно (чтобы успеть стать вассалом Карла Лысого!), потом опять в Россию.20 Короче, "гастролировать" со своей труппой "крутые норманны" то там, то сям. Всякому (кроме норманиста) понятно, что новгородский Рюрик и ютландский Рорик никак не могли быть одним и тем же человеком! Тождество их можно допустить, разве что предположив, что один из "двоящихся" князей был дублем другого...

[Вернее предположить, что псевдогерманцы, оседавшие на побережье славянских Севфного и Балтийского морей, перенимали славянские имена (прим. ред.).]

Имена ИГОРЬ и ОЛЕГ норманисты считают "типично скандинавскими", первое одной из "инговых" форм (вроде Ингвар, второе искажением имени Хельги (Хельгу). Договариваются до того, что "Хельги" считают даже не именем, а титулом первых варяжских князей...

А если вспомнить, что в русских былинах есть такой герой, как Вольга Святославич - не простой богатырь, но князь, представитель правящей династии? Очевидно, что Вольга - вариант имени Олег, причем такой, что его трудно сопоставить со скандинавским. Княгиня Ольга в тексте летописи также несколько раз названа Волъгой... Принципиальное различие имен Олег/Ольга (Воль-га) и Хельги/Хельга подтверждают и скандинавские источники! В одной из саг действующими лицами являются русский князь Вальдемар (Владимир Красное Солнышко) и его мать, мудрая престарелая Алогия. Очевидно, что имелась в виду княгиня Ольга, которой Владимир на самом деле приходился внуком. Если бы Ольга была скандинавкой Хельгой, разве появилась бы в сагах такая явно заимствованная, искаженная форма как Алогия?21

Вообще следует заметить, что имена с корнем "ол-", "оли-" были очень распространены у славян. Так, короля южнобалтийских русов-рутенов, воевавшего с датчанами не позднее 7 в. (сообщение Саксона Грамматика), звали Олимир. В раннесредневековой Польше известно имя Олислава, на Руси - Ольстин, Олова. У чехов встречаются: Олата, Олъбрам, Олек, Олен; город Оло-мюц, река Ольцава; у поморских славян - город Ольгощь. И все эти имена имеют варианты: Олимир-Велимир, Ольгост-Велегост, Олен-Велен...22 Интересный вариант имени Олег имеется у балтских народов. Великого князя Литовского, правившего в 14 в., звали Ольгерд (в русских источниках это имя часто передавалось как "Вольгерд"). Очевидно, перед нами сложносоставное имя, первая часть которого "Олег" (Вольга), а окончание - типичное "центральноевропейское" (-ард, "ольд), как в других балтских, западнославянских'и кельтских именах (Аскольд, Витольд, Бернард и т. д.). Хорошо известно, что балты никаких "варягов" не призывали, а по языку и культуре всегда были очень близки славянам...

Хорошо, если имя Олег (Вольга) русское, как это увязать с сообщением Татищева об урманском "норманнском" происхождении Вещего Олега? Эта информация в других источниках не подтверждена23. Но дело даже не в этом. Само слово "норманны" означает попросту "северяне"... Изначально это было не имя народа, но собирательное обозначение для всех жителей Северной Европы. Есть свидетельства, что "норманнами" назывались в раннем средневековье вообще все северные европейцы, безразлично скандинавы или славяне...24

Очевидно, что аналогов имени "Олег" в Скандинавии нет, зато они в изобилии имеются у балтов и западных славян. Не то с именем Игорь. В древности оно звучало с носовым звуком (варианты: Ингер, Ингорь, Ингварь), позднее у славян исчезнувшим. Хорошо известно, что у скандинавских народов имеется множество похожих имен: Ингвар (точное совпадение!), Инге, Ингемар, Ингеборг и др. Но это ни в коем случае не означает, что имя "Игорь" на Русь принесли викинги, и не может служить доказательством скандинавского происхождения князя Игоря, правившего в Киеве в 912-944 годах. Дело в том, что имена такого же рода были хорошо известны не только у скандинавов и германцев, но и у кельтов... Они зафиксированы также и у славян - причем славян южных, с "норманнами" уж никак не связанных. С. Гедеонов обратил внимание на князя Инго, правившего в 803 г. в Хорутании (совр. Словения)25. Что, разве он тоже был родом из Швеции?

Вообще лингвистические упражнения на тему "какой народ у какого чего заимствовал" часто превращаются в чистой воды схоластику, особенно в том случае, когда рассматриваемые языки имеют генетическое родство, как германские и славянские, славянские и иранские и т. д.

Как показал А. Г. Кузьмин, смысл "варяжских" имен объясняется намного лучше из языков кельтской и иранской групп, чем из германской26. В кельтских языках не только находятся соответствующие корни с подходящими смысловыми значениями, но и очень похожие собственные имена.

Имя "Рюрик" было известно не только у вендов, но и у галлов. Само окончание -рик очень типично для кельтских имен эпохи Цезаря и позднее; смысл его (царь, вождь) очень подходит для представителя правящего слоя. Имя Дир почти во всех языках кельтской группы означает "сильный, знатный", и так далее. Имя Аскольд имеет аналоги среди германских, но не в меньшей степени и среди кельтских, и балтских имен, имеющих окончание на -ольд и -ард (значение: высокий). Имена "ингового" типа (Ингер, Инге) были широко распространены в кельтской Бретани; известны многие их формы, а также топонимы, связанные с ними.

Интересно, что даже такое ярко выраженное славянское имя, как Владимир, тоже имеет вполне сопоставимое кельтское "Вальдемар", в Галлии оно известно с 7 в. Раз уж такое типично славянское имя имеет кельтский аналог право же, кое-что это значит... Этого мало: балтские имена (и среди них такие династийные литовские, как Витень, Гедимин) тоже имеют с кельтскими большое сходство. Если копнуть немного глубже и взять для анализа древнейшие из известных восточнославянских имен, то есть имена антов, упомянутые в греческих источниках 5-7 вв. (типа Ардагаст, Радогаст и т. д.), то без труда можно убедиться, что и они очень похожи на кельтские, среди которых формы на -гаст были в древности широко распространены. Окончание -гаст в кельтских языках имеет смысл "благородный, достойный"...

Кроме кельтских, для сравнения с древнерусскими именами полезно использовать имена иранского (то есть скифо-сарматского) круга. Если учесть сильное взаимодействие славян и сарматов, то близость имен не вызывает удивления. Прежде всего, имя Кия, "основателя города": оно значит просто "царь, вождь" (вспомним "шахские" имена типа Кей-Хосров, Кей-Кавус и т. д.). Вполне может быть, что Кий - это не собственное имя, а просто титул... Имя Олег имеет очень похожий иранский аналог, звучащий как "Халег". Значение имени "творец, создатель" очень подходит к обстоятельствам правления Вещего Олега, который и в самом деле был создателем единого Русского государства.

Между прочим, пресловутые "русские" названия днепровских порогов тоже можно рассматривать в "иранскдм" (то есть сарматском) ключе. Хотя, конечно, Константин Багрянородный преподнес эти имена в таком искаженном виде, что они ни на каком языке не поддаются однозначной интерпретации...

Кроме династийных имен, из дохристианского периода истории Руси известны только имена княжеских дружинников, зафиксированные в договорах Олега и Игоря с Византией. Из списка этих имен значительная часть легко объясняется из иранских языков, но немаловажно и то, что не меньшее количество имен имеет "кельтское" объяснение.27 Среди немногочисленных оставшихся легко выделяются имена чудского (финского) происхождения, а также просто имена-"этнонимы": Ятвяг (видимо, носитель его был выходцем из балтского племени ятвагов) и Свень (швед!). Как отмечает А. Г. Кузьмин, само имя "Швед" в отношении высокопоставленного дружинника указывает на то, что в сравнительно моноэтнической элите его положение было заметным, выделяющимся. Видимо, во времена Олега и Игоря скандинавы в великокняжеской дружине были так редки, что назывались просто по имени своего народа... Но это полностью совпадает с известиями современных источников: действие скандинавских саг, повествующих о "норманнах" на русской службе, относится к правлению Владимира и Ярослава, но никак не к более раннему периоду; о том же говорят и русские летописи.

И что же из всего этого следует? Можно ли сделать вывод, как сделал его А. Г. Кузьмин, что "славяне заимствовали имена у причерноморских иранцев и кельтов"?.. Ну спрашивается, причем тут заимствование? Почему надо обязательно предполагать, что все, что мы имеем непременно не наше, чужое? На место германцев ставят "иранцев" или кельтов, но от перестановки мест слагаемых...

Нет, глубинное родство имен столь разных народов, как скифо-иранцы, кельты, балты и славяне, народов, расселенных уже в глубокой древности, по крайней мере во 2-м тысячелетии до н. э. на огромной территории от Бретани до пустыни Гоби, означает не какое-то "заимствование", а нечто гораздо более важное. Да и о каком вообще крупном заимствовании могла идти речь в те времена, когда контакты между народами были довольно ограничены, а культурная традиция постоянной... Настоящая "смена имен" была связана с принятием христианства. А вообще собственные имена это наиболее консервативная часть языка. Сам язык может давно поменяться, а имена, передаваемые по традиции, остаются прежними; они все живут, хотя никто уже не знает, что они означают на самом деле... Неужели не понятно, что поразительное сходство имен, обнаруживаемое у балтских, славянских, иранских, кельтских и германских народов есть наследие древней эпохи, когда все эти народы представляли собой нечто единое? Сходство древних дохристианских имен народов индоевропейской языковой семьи обусловлено общностью их происхождения и восходит к "арийскому" единству, существовавшему не позднее 3 тыс. до н. э. Ничего больше!

Да, имена первых русских князей и их дружинников 9-10 вв. кажутся на современный русский слух "странными", неславянскими. Но можно быть уверенным, что они уже и в те времена не были понятны современникам. Это просто очень древние, традиционные, индоевропейские имена. И все они свои, русские. Даже те имена, которые трактуются как "иранские", вряд ли являются таковыми: к 9 в. потомки скифо-сарматов уже перешли на славянский язык. На основе анализа имен древнейших представителей княжеской династии и ее дружины можно утверждать , что элита русского государства была в 9-10 вв. полностью своя, национальная.


15 Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1989, стр. 44-51; см. также выше.
16 Материалы по истории СССР под ред. А. Д. Горского. Вып. 1, М., Высшая школа, 1985, стр. 265-266.
17 См.: Р. Г. Скрынников. Древняя Русь. Летописные мифы и действительность. Вопросы истории, 1997, № 8, стр. 9.
18 См.: С. А. Гедеонов. Отрывки из исследований о варяжском вопросе. Спб, 1862, стр. 180-181.
19 А. Г. Кузьмин. Древнерусские имена и их параллели. В сб.: Откуда есть пошла Русская земля, М, Молодая гвардия, 1986, кн. 2, стр. 652-653.
20 См.: Д. А. Мачинский. Этносоциальные и этнокультурные процессы в Северной Руси (период зарождения Древнерусской народности). В сб.: Русский Север, под ред. - А. Бернштам, Л., Наука, 1986, стр. 23.
21 См. С. Гедеонов. Отрывки из исследований о варяжском вопросе. Спб, 1862, стр. 198-200.
22 См. там же, стр. 195-196.
23 Кстати, за нее хватаются норманисты, во всех других случаях отвергающие сообщения Татищева; см. Д. А. Мачинский. Этносоциальные и этнокультурные процессы в Северной Руси. В сб.: Русский север, стр. 28.
24 С. Гедеонов, 1862, стр. 97-98.
25 Там же, стр. 201.
26 См.: А. Г. Кузьмин. Об этнической природе варягов. Вопросы истории, 1974, № 3.
27 Сведения о древнерусских именах и их кельтских и иранских соответствиях приведены в Приложении 1.



3. След сокола

...Не худа гнъзда шестокрилци!
Слово о полку Игореве

Кто такие варяги? О, это простой вопрос: варяги... это такие, вроде викингов: на ладьях, плавают, с больщими мечами; нападают на всех. Что значит это слово? Ну, вроде "дружинники", или что-то еще... Это "общепринятое мнение". А что на самом деле?

Вот что говорит о народах Европы, "Афетовой части" мира, наш первоисточник, Повесть временных лет: "В Афетовой же части... седять РУСЬ, Чюдь и вси языци... Ляхове же и Пруси, чюдь приседать к морю Варяжьскому [Балтике]; по сему же морю седять ВАРЯЗИ семо ко въстоку до предела Симова, по тому же морю седять к западу до земле Агнянски и до Волошъски. Афетово бо и то колено: ВАРЯЗИ, Свей, Урмане, (Готе), РУСЬ, Агняне, Галичане, Волъхва, Римляне, Немци, Корлязи, Веньдици, Фрягове и прочий, ти же приседать от запада къ полуденью и съседяться с племенем Хамовым"28. Ого! Чуть ли не с первых же строк первоисточника нам встречаются варяги, и оказывается, что это никакие не "дружинники", а самый обычный народ, такой, как и другие... Кому и с какой целью понадобилось игнорировать летописное сообщение? Может быть, Нестор одинок, и его мнение не подтверждается другими источниками? Да нет. Вот что пишет знаменитый арабский ученый Аль-Бируни почти в то же время, в 11 в.: "от [океана] отделяется большой залив на севере у саклабов [славян] и простирается близко к земле булгар, страны мусульман; они знают его как море варанков, а это народ на его берегу"29. Разумеется, этот список сообщений можно продолжить...

Все они свидетельствуют об одном: Балтийское море ("залив океана"), называвшееся в средние века Варяжским, получило такое название вовсе не от бродячих полиэтнических дружин каких-то грабителей, как нам хотят это представить, а просто от народа, жившего на его берегу. Варяги - это самый обычный этноним, ничем не отличающийся от других. Между тем этот загадочный народ варягов для нас не безынтересен, хотя бы вот почему: "И от тех варягов прозвася Русская земля, новугородьци, ти суть людъе новогородъци от рода варяжъска, прежде бо беша словене"30. Варяги эти так тесно связаны с русской историей, что не разделить... Так кто же они?

Где же обитали, по русским летописям, загадочные варяги? А. Г. Кузьмин комментирует "этнографическое" введение к Повести временных лет так: "предел Симов", то есть Азия, согласно представлению древних, начинался за Волгой; "волохи" в глазах славян означали "имперцев", сначала подданых римлян, а в раннем средневековье Священной римской империи, то есть Германии, утверждавшей свою преемственность с древним Римом; "агняне" в тексте это не англичане, как можно подумать, а датчане (известно , что полуостров Ютландия - родина англов, в 5-6 вв. заселивших Британские острова). Из этого следует, что на западе территория варягов ограничена Данией и владениями Германской империи, в 9-10 вв. доходившей только до Эльбы31.

Итак, варяги жили от Эльбы до Волги! Немаленький, видно, был народ... Ну, а кто же в 9-12 вв. жил на этих землях?

Славяне. Именно славяне населяли в раннем средневековье всю центральную и большую часть восточной Европы, от Эльбы и до Волги... На западе даже пределы их расселения выходили за Эльбу, занимая значительную часть ее верхнего левобережья; некоторые земли современной Дании - тоже бывшие славянские; славянские поселения были и на берегу Северного моря. Ну, так кто же тогда варяги? Логическое заключение сделать нетрудно, но его почему-то не хотели делать...

Арабские источники упоминают варягов как прибалтийский народ, и почти всегда - в связи со славянами; особенно яркое и недвусмысленное свидетельство оставил автор 14 в. Шамс-ад-дин-Димешки. Повествуя о севере Европы, он заметил: "Здесь есть большой залив, который называется морем варенгов. А варенги суть непонятно [для араба] говорящий народ... Они Славяне Славян"32. Интересно, что варяги здесь названы не просто славянами, но "славянами славян", главными среди них...

Ряд русских источников прямо локализует народ под названием "варяги" на южно балтийском, славянском Поморье33. Никоновская летопись, рассказывая о деятельности Ягайло, великого князя литовского (около 1380 г.), сообщает, что он "совокупил Литвы много, и Варяг, и Жемоти". Видимо, "варяги" еще в конце 14 в. жили совсем близко от литовцев и жемайтов, возможно, граничили с ними. А вот Ипатьевская летопись сообщает о жене польского князя (конец 13 в.): "бо бе рода князей Сербских, с Кашуб, от помория Варязского от Старого града за Кгданском". Гданьск! Это уже горячо... Из всего этого вывод может быть только один: Варяжское Поморье это южный берег Балтики, земли западных славян!

По-видимому, этноним "варяг" и производные от него на южном побережье Балтики был известен с незапамятных времен. Еще в 1-2 вв. н. э., во времена Тацита Илемея, в этих местах жил народ варины. В 8 в. этот же народ назывался варингами ("варинги" в современных славянских языках, после исчезновения носовых звуков, передаются как "варяги"). Вообще давно замечено, что названия "тацитовские" племен центральной Европы имеют полную аналогию с именами средневековых народов, обитавших на тех же местах: этническая карта севера Центральной Европы с начала эры и до 12-13 вв. оставалась более-менее постоянной. Рядом с варинами-варягами на южно балтийском Поморье Тацит указал народ по имени руги; этот славянский народ был известен и в средние века, причем имя его варьировалось: руги, рутены, русы... не являются ли два славянских народа, живших рядом на территории современной Восточной Германии и Польши, теми самыми загадочными "варягами" и "русью", которых по отдельности упоминает Повесть временных лет?...

Варинги-варяги оставили на балтийском побережье многочисленные следы. Имена производные от этнических названий "варин" и "вэринг" широко распространились в 8-9 вв. по всей северной Европе; варяги оставили также ряд топонимов на территории от Мекленбурга до Пруссии, на то или ином удалении от моря. Собственно в Скандинавии тоже есть похожие топонимы, но в Небольшом количестве; так, в Норвегии известен Варангерфиорд. В 8 в. во Франции появляется Варангервилл, в 915 г. Вэрингвик в Англии... Очевидно, все эти названия следы поселенцев, переправлявшихся морским путем из собственно варяжского Поморья34.

Что может означать само имя варины-варяги? Любители выводить этот термин от скандинавских дружин утверждают, что корень слова -"вар", что значит "верность", "обет". Но на самом деле этот корень древний, общеиндоевропейский; в санскрите "вар" имеет значение "вода". По-видимому, в индоевропейских языках происходило чередование корней "вар" и "мар"; современное море (рус.), таге (итал.) происходят от того же корня. Кстати, несколько западнее варинов-варягов, на северном побережье Франции жил народ морины... Прибалтийские славяне-ворынь;, как и кельтские морины - это просто жители побережья, поморы.

Варяги в средневековье были известны также под именем вагров. Они, безусловно, были славянами, и входили в большое раннегосударственное объединение ободритов, или бодричей (территория современной Восточной Германии). Германские авторы 10-11 в. признавали вагров-варингов, вендов и славян за один народ35. Именно эти западнославянские "варяги" имели самое непосредственное отношение и к происхождению русской правящей династии, как свидетельствовал еще в 16 в. Сигизмунд Герберштейн.

Мы видим, каким образом осуществлялась "норманическая" фальсификация: славянский народ, живший на балтийском побережье современной Восточной Германии и носивший имя "варинги-варяги", превратили в какое-то сборище морских пиратов-скандинавов и это несмотря на многочисленные свидетельства источников...

* * *

Другой типичный норманический миф пресловутый "путь из варяг в греки", по которому будто бы ходили "норманнские", то есть скандинавские купцы. Сами-то русские торговать не умели, так скандинавы наладили отношения с "цивилизованными" греками... Ходили они по всей России туда и сюда, скупали меха, продавали их потом в Константинополе за валюту...

Ну конечно же, это откровенная ложь к счастью, легко опровергаемая данными археологии, которые свидетельствуют: "путь из варяг в греки" не имел к Скандинавии никакого отношения. Самое забавное, что первоначально он не имел никакого отношения и к Греции! Вплоть до принятия христианства отношения Руси и Византии были враждебными, а экономические связи -очень слабыми. За весь период 8-10 вв. на Руси не было обнаружено ни одного византийского денария - первая находка, и то единичная, относится только к 979 г.36 Зато в изобилии, начиная со второй половины 8 в., встречаются арабские серебряные монеты - дирхемы, и одиночные находки, и целые клады. Оказывается, в интересующий нас "варяжский" период основной торговый поток шел между Русью и Арабским Халифатом, и прервался он только в начале 11в.-по независящим, что называется, обстоятельствам: арабский мир вошел в полосу кризиса, чеканка дирхемов прекратилась. Именно тогда на Руси появились византийские денарии, англосаксонские пенни и др.

Итак, первоначально торговыми партнерами Руси на юго-востоке были мусульмане - арабы, иранцы, а греки "подключились" достаточно поздно. Где же замыкался торговый поток на северо-западе? Уж точно, не в Скандинавии! На территории России обнаружено 25 кладов дирхемов, относящихся к наиболее раннему периоду их европейского обращения (конец 8 - первая половина 9 в.), и это не считая единичных находок. В Западной Европе того же времени обнаружено почти вдвое меньше - 16 кладов, и почти все они приходятся на земли балтийских славян; только 4 клада обнаружено в Швеции, и все они датируются более поздним, чем славянские, временем37.

Свидетельства археологии и современных источников показывают, что западнославянское Поморье было неизмеримо более экономически развитым и богатым регионом, чем Скандинавия. Территория наиболее важного экономического центра славян-вендов, города Волина (Юлина, Юмны), расположенного в устье Одера, в несколько раз превышала площадь крупнейшего шведского центра Бирки... Вот что писал о Волине-Юмне известный немецкий хронист 11 в. Адам Бременский:

"Там, где Одра впадает в Скифское море, лежит знаменитейший город Юмна, отличный порт, посещаемый греками и варварами, живущими вокруг. О славе этого города, о котором много всем рассказывают, а часто и неправдоподобное, необходимо поведать кое-что, достойное внимания. Юмна самый большой из всех городов Европы. В нем живут славяне вместе с другими народами, греками и варварами. Даже и прибывающие туда саксы получают равные права с местными жителями, если только, оставаясь там, не выставляют напоказ своей христианской веры. Все в этом городе еще преданы губительным языческим обрядам. Что же касается нравов и гостеприимства, то нельзя найти народа более честного и радушного..."38.

Вот где замыкался торговый поток, связывавший Европу с арабским миром... Именно западные славяне, варяги, и поддерживали экономические связи с богатым Югом и Востоком; только в устье Одера, например, обнаружено два десятка кладов арабских монет. Такие клады известны на южном побережье Балтики еще со второй половины 8 в., то есть с того же времени, как они появляются и в России. Не удивительно, что арабские источники содержат множество сведений о Руси и прибалтийских славянах, но ничего о Скандинавии...39 Арабские дирхемы поступали на южнобалтийское Поморье через русские земли, а отправным пунктом была Волжская Булгария (современная Татария), куда купцы из мусульманских стран прибывали по Каспию и Волге. В Бул-гарии, на средней Волге, находился своеобразный "перекресток" путей, ведущих в Центральную Европу и арабский Восток. Россия играла в этой торговле на дальние расстояния важную роль.

Современные арабские источники свидетельствуют о большом распространении "денежной массы" в России; как писал Ибн-Фадлан, посетивший Булгарию в середине 10 в., каждый русский, накопивший капитал в 10 тыс. дирхемов (ого!), дарил своей жене монисто из монет, со следующих десяти тысяч - еще одно, потом еще (кстати, хороший обычай!), так что, как замечал автор, у некоторых женщин вся грудь была увешана этими ожерельями. Очевидно, что высокий уровень денежного обращения - показатель развития экономики, богатства ее внутренних и внешних связей.

В конце 10 - начале 11 в. связи с арабским миром сократились, зато установились с Византией; именно тогда на Руси появились греческие денарии. Между прочим, транзита денариев через Русь не было и быть не могло все они оседали на месте, обеспечивая внутренние экономические связи40. В это время действительно установился путь "из варяг в греки", связывающий Византию, Русь и западнославянские страны. Точное описание маршрута пути содержится в легенде о миссии апостола Андрея (Повесть временных лет): из Корсуня в Киев, затем в Новгород, затем к "варягам", затем в Рим. Как попасть из Скандинавии прямо в Рим, мягко говоря, непонятно, а земли славян-варягов как раз граничили с Германской империей, владевшей в те времена Римом... Можно утверждать, что торговые и другие связи в раннем средневековье Русь поддерживала прежде всего с западнославянской Центральной Европой, и особенно с варяжским (южнобалтийским) Поморьем. Скандинавы здесь были совершенно не при чем41.

* * *

Хорошо, варяги - это вагры, один из западнославянских (вендских) народов. А как же тогда известия о варягах-дружинниках, о наемных войсках на службе в Византии и в других странах? Тут-то уж точно речь идет не о народе, а о "профессии"? Действительно, в Византии известны наемники-гвардейцы "варанги". Но видимо, первоначально это было войско, состоявшее из представителей только одного народа; происхождение воинов и дало ему имя. Как показал известный русский историк В. Г. Василевский, "варяжская дружина существовала в Византии задолго до того, как в нее начали вливаться собственно норманны"42. Об этом говорят скандинавские саги. В самом деле, в Лаксдельской саге сказано, что некто Болле Боллесон в начале 11 в. первым из норманнов вступил в Константинополе в общество вэрингов... Которое к тому времени уже давно сложилось!

Кто же были "первоначальные" вэринги-варанги? Никифор Вриенний (автор 12 в., близкий императорской фамилии) сообщает, что "секироносцы" (варанги) происходили "из варварской страны вблизи океана и отличались издревле верностью византийским императорам", а в хрисовуле императора Алексея Комнина (1088 г.) "варанги" отличаются от англян, франков и немцев43. В. Г. Василевский указал, что византийский автор 11 в. Атталиота прямо отождествляет варягов и русов. В привилегиях императоров 1060-1070-х гг. варяги и русы упоминаются в смысле "русские варяги". Очевидно, первоначальный состав "варяжской" дружины на службе у византийских императоров был образован балтийскими славянами, вендами-русами.

Видимо, уже в 11-12 в., когда вендская цивилизация ослабла, "варяжскую" дружину в Константинополе стали пополнять другие народы, особенно англичане (бритты), многие из которых эмигрировали из своей страны после ее захвата норманнами. Тогда же императорская гвардия стала пополняться и скандинавами. Следует особо отметить, что в скандинавских сагах верингами именуются только те викинги, которые служили в Византии. Уже одного этого достаточно, чтобы утверждать: варяги и норманны-викинги -это разные понятия. Ясно, что скандинавские наемники пришли в Константинополь на уже "обжитое" место, и старое название дружины перешло на них.

Интересно, а что же понимали русские летописи под термином "варяги"? Очевидно, что этот термин употреблялся в довольно широком смысле. Скорее всего, "варягами" в России назывались не только собственно вагры-варинги, но и вообще прибалтийские западные славяне в целом, то есть "венды". Недаром же и само Балтийское море называлось Варяжским (а в западных источниках 10 в. оно называлось Вендским морем, или морем Ругов по названию другого славянского народа). В конце концов этноним "варяги" правратился в собирательное наименование жителей побережья Балтики.

Еще в 10 в. в Киеве встречались православные варяги, некоторые из них даже были убиты во время репрессий против христианства. Но уже в 12 в. "варяжская вера" означала католицизм. Последний раз варяги упоминаются в русских источниках в конце 12 в., а начиная с 13 в. этот термин заменяется понятием "немцы"... Как раз тогда цивилизация вендов была покорена Германской империей. Кстати, "немцами" никогда не обозначали на Руси скандинавов, но только "континентальных" германцев. Можно вспомнить, что новгородский летописец 15 в. выводил Рюрика именно "из немец", и это же известие повторили многие летописные своды44. И для 15-16 вв. это действительно было правдой: древнее вендское Поморье стало германской Померанией и Мекленбургским герцогством.

Точное указание на то, кто на самом деле такие были загадочные "варяги", содержит наш первый свод законов, "Русская правда" (1036 г.). Там оговорены права не просто варягов, но... "варягов и колбягов"! Что это еще за колбяги такие? А вот на этот вопрос ответить довольно легко. Это жители польского Поморья, где в раннем средневековье процветал город Колобжег. Вот она, двойственная структура военной элиты раннего русского государства: варинги-варяги с восточногерманского, и колбяги (известные как русы или рутены!) - с польского Поморья. Возможно, это и есть "Варяги" и "Русь", упоминаемые в летописи по отдельности...

Так кто же такие варяги? Можно утверждать: это один из вендских, то есть западнославянских народов, обитавший в средние века на южном побережье Балтики, на территории современной Восточной Германии; в широком смысле на Руси так называли вообще всех балтийских славян и в самом широком вообще "прибалтов". Разумеется, Рюрик и его династия происходили из этих самых варягов-славян. В связи с этим следует вспомнить, что Рюрик, по летописи, явился в Новгород со своим народом, по некоторым вариантам с многочисленной дружиной. "Вливание" западнославянских варягов в элиту русского государства, видимо, было совсем не слабым, раз летописи настойчиво подчеркивают это обстоятельство.

И пора наконец перестать делать голословные заявления, что, дескать, эти Рюриковы варяги были наемной дружиной неясного этнического происхождения. Ничего подобного! Эти варяги, явившиеся с Рюриком, были вендскими (западнославянскими) аристократами, представителями живой, естественно сложившейся этнополитичес-кой системы. При помощи наемников, служащих ради денег, никакого жизнеспособного государства не создашь, это давно известно. Всегда опора на иноземное наемное войско была признаком упадка государства и вообще цивилизации, как, например, Византии 11-15 вв., накануне гибели. Разве могут наемники от души, не жалея жизни, защищать чужую страну? Нет, конечно. Предполагать, что русское государстве было создано при опоре на чужеродную, разношерстную наемную военную силу полный абсурд. Можно утверждать, что элиту объединенного русского государства 9-10 вв. составила вендская (варяжская) аристократия.

Кто же такой был сам Рюрик? Иоакимова летопись, утраченная, но известная в передаче В. Н. Татищева, сообщает, что Рюрик, Синеус и Трувор были детьми Умилы, дочери словенского князя Гостомысла, последнего представителя прежней династии. Именно Рюрику и его братьям Гостомысл завещал власть, поскольку у него не осталось прямых наследников-сыновей. О предках Рюрика по мужской линии мало известно, но некоторые данные позволяют предположить, что его отцом был ободритский (то есть варяжский!) князь Годослав (Годолайб), убитый датчанами в 808 г. Об этом говорят старинные немецкие источники, восходившие к древним традициям вендского Поморья, например, генеалогии Ф. Хемница, созданные, в 17-м веке45. Согласно Хемницу, братьев Рюрика зовут несколько иначе Сивар и Трувар, но это только доказывает независимость немецких источников от Повести временных лет.

Известно, что Другое название союза ободритов, в который входили и вагры-варяги, было ререги; возможно, это символическое имя тотем, означающее "сокол" (ререг, рарог)46. Главный город ободритов также назывался в раннем средневековье Рериком (сейчас это Мекленбург). В городе Рерике и правили ободритские князья Дражко и Годослав, когда в 808 году на них напал датский конунг Готрик. Город подвергся разорению, князь Годослав попал в плен и был казнен; Дражко продолжил сопротивление, но в следующем году был предательски захвачен и также убит. Это краткое сообщение западных источников для нас имеет огромное значение: речь идет о предках по мужской линии русской княжеской династии, правившей до 1598 года!

Вот, оказывается, в чем причины эмиграции трех братьев на восточное побережье Балтики: их отец был убит, родная земля разорена врагами-на этот раз в самом деле "норманнами"...

Какое отношение имеет имя основателя русской династии к племенному названию "ререг" (сокол) и городу Рерику? С. Гедеонов обратил внимание на одну из скандинавских саг, в которой сообщается о войне норманнов с "герцогом Рериком" около 810 г. В другой саге некий конунг прославлялся за победу над вендским соколом... Очевидно, что имелись в виду события войны с вендами-ободритами; "герцог Рерик" в таком случае и есть Дражко или Годослав. Историк предположил, что "Рерик" (Рюрик) это не собственное имя, а родовое прозвище правящей династии варягов-ободритов; его могли носить все ее представители47. Интересно, что после разгрома 808 г. и пресечения династии город Рерик (совр. Мекленбург) сменил название...

Скорее всего, то имя, под которым вошел в русскую историю основатель новгородской династии Рюрик, сын Умилы и Годослава, было на самом деле его фамильным прозвищем, связанным с этническим символом, тотемом и означало просто: "Сокол". "Соколиная" символика в 10-13 вв. очень активно использовалась русской княжеской династией.48 Интересно, что имя Рюрик не получило в России распространения, хотя другие имена первых князей Олег, Ольга, Игорь, Владимир всегда были популярны и остались такими и сейчас. Скорее всего, память о том, что Рюрик это не местное имя, и даже не столько имя, сколько "фамилия", не изгладилась... Но это доказывает, между прочим, что другие имена первых русских князей (Олег, Игорь...) были полностью свои.

Да, норманисты постарались на славу, пытаясь запутать след сокола. Как пишет А. Г. Кузьмин, "история западных славян, занимавших в определенное время обширный район между Эльбой и Балтийским морем, а также значительную часть левобережья Эльбы, еще только ожидает основательной научной разработки. Серия монографий, написанных около ста лет назад, почти не упоминается в специальной, особенно норма-нистской литературе из-за славянофильской окраски большинства из них..."49 Вот это да! Славянофильская ориентация исследований, посвященных славянам же, может их скомпрометировать? Видимо, кого-то больше устраивает славянофобская...

Итак, "варяжский вопрос" начинает потихоньку проясняться. Становится понятным, почему западной границей варягов Нестор назвал пределы Германской империи, а восточной Волгу: поскольку в России 9-11 вв. правила варяжская династия, то с полным правом ее можно было включить в сферу варяжского влияния. Границы варягов "от Эльбы до Волги", упоминаемые в летописи, соответствовали фактически территории расселения всех славянских народов, единство которых в 9-10 вв. еще не было утрачено...



28 Лаврентьевская летопись. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ), СПб, т. 1, 1846, стр. 2.
29 См. И, Ю. Крачковский, Избранные сочинения, т. 4, М.-Л., 1957, стр. 248.
30 ПСРЛ, т. 1, 1846, стр. 8-9.
31 См. А. Г. Кузьмин. "Варяги" и "Русь" на Балтийском море. Вопросы истории, 1970, № 10; А. Г. Кузьмин. Об этнической природе варягов. Вопросы истории, 1974, № 3.
32 См.: С. Гедеонов, 1862, стр. 147-148.
33 Там же, прим. на стр. 162-163.
34 А. Г. Кузьмин. Об этнической природе варягов, стр. 58.
35 См. А. Г. Кузьмин. Комментарии в сб.: Откуда есть пошла русская земля, кн. 2, стр. 582, 687.
36 В. Л. Янин. Денежно-весовые системы русского средневековья. М, 1956, стр. 105, 152.
37 Там же, стр. 84-89.
38 Из "Деяний священников Гамбургской церкви" Адама Бременского. В сб.: Откуда есть пошла Русская земля, кн. 2, стр. 597.
39 С. Гедеонов, 1862, стр. 151.
40 В. Л. Янин. Денежно-весовые системы русского средневековья. М, 1956, стр. 153.
41 А. Г. Кузьмин. "Варяги" и "Русь" на Балтийском море, стр. 49.
42 В. Г. Василевский. Труды. Т. 1. СПб, 1908, стр.210.
43 Там же, стр. 341-342, 349, 357.
44 См.: Устюжский летописный свод. Изд. АН СССР, М.-Л., 1950, с. 20.
45 Упоминание об этом есть у Татищева, см.: В. Н. Татищев. История Российская, т. 1, Л., 1968, стр. 293. Сам Татищев отвергал эти данные, поскольку они противоречили его версии о "финнском" происхождении Рюрика, но здесь позволительно поверить не ему, но вполне беспристрастным (и потому достоверным) немецким источникам.
46 Это предположил известный чешский поэт середины 19 в. Ян. Коллар.
47 См.: С. Гедеонов, 1862, стр. 186, 188-191.
48 О. М. Рапов. Знаки Рюриковичей и символ сокола. Советская археология, 1968, № 3.
49 А. Г. Кузьмин. "Варяги" и "Русь" на Балтийском море, стр. 34.



4. Русский Остров

На море-океане, на острове Буяне,
Пусть даже он запрятан
Под камень бел-горюч...
Однажды в море грозном
Найду я этот остров,
Найду я этот камень,
Найду я этот ключ.

Хорошо, с варягами все более-менее ясно. Но тогда почему именно с ними летопись недвусмысленно связывает происхождение имени "русь"?

Сейчас уже можно считать установленным, что этноним "русь" применялся по отношению к юго-восточным славянским землям, расположенным в бассейне Днепра и его притоков, Дона и Оки, еще с 3-6 в. В эпоху "великого переселения народов", в 3-4 вв. в Причерноморье обитали рос-сомоны, входившие в состав готской империи Германариха. Сообщение о народе "рос" к северу от Кавказа и Черного моря содержится в сирийской хронике псевдо-Захарии (555 г.) Грузинские летописи сообщают о походе русских на Константинополь в 626 г. Сообщение арабского автора Табари в редакции Балами, повествует об угрозе подвластному арабам Дербенту со стороны русских в 644 г. Два византийских жития "Св. Стефана Сурожского" и "Св. Георгия Амастридского" рассказывают о набегах русских на греческие города в Крыму и на черноморское побережье Малой Азии в конце 8 - начале 9 в.50 Из контекста всех этих сообщений можно понять, что речь идет именно о южных русских землях, включенных в систему военно-политических отношений с Византией и Кавказом.

Точные указания на локализацию древней Руси содержатся в немецком источнике - так называемом Баварском географе, созданном около 845 г.51 Описывая дорогу из баварского Регенсбурга на Каспий, географ перечисляет народы, встречающиеся по пути в следующем порядке: бужане, уличи, руссы, хазары. Совершенно очевидно, что понятие "русы" еще в середине 9 в. не включало в себя прикарпатских и приднестровских славян-бужан (волынян), а также нижнеднепровских уличей, очевидно, оно относилось только к жителям более отдаленных восточных районов от Днепра до Дона вплоть до границ с Хазарским Каганатом. Эти сведения в принципе совпадают с данными русских летописей: известно, что в середние века "Русской землей" назывались владения Киевского, Переяславского и Черниговско-Северского-Рязанского княжеств, в более ранние времена охваченные племенными объединениями вятичей, северян и полян52.

Как видим, "Русская земля" в раннем средневековье не совпадала с границами "Киевской Руси" 10-13 вв., но занимала только ее юго-восточную часть. Юго-западная, прикарпатская часть, также, как и северная часть (заселенная кривичами и словенами) существенно отличались от "Русской земли" и не носили этого имени вплоть до создания реального политического объединения. Еще в позднем средневековье новгородцы называли себя словенами и видимо, ощущали свое отличие от южан, собственно русских. В одном из памятников конца 15 в. устами новгородцев сказано буквально следующее: "...князь великий Владимир крестися и все земли наши крести: русскую, и нашу словенскую, и мерскую, и кривичскую..."53 Итак, Русь на юге, к востоку от Днепра и далее, Словения - на севере!

Обратимся к сообщениям арабских и персидских источников о раннесредневековой России. Буквально все они утверждают, что существовала большая разница между различными группами русов (северными и южными), разница политическая и даже этническая. По сообщению "Китаб ал-масалик ва-л-мамалик" (вай, вай! Это всего лишь "Книга путей и странствий") Ибн Хаукаля, писавшего в 10 в., русы делятся на три группы: 1) "ближайшая к Булгару", с центром в "Куйябе" (в Киеве); 2) "высшая" - ас-Славийа; 3) ал-Арсанийа, с центром в городе Арса; труднодостижимая и расположенная где-то "на воде", судя по сообщению о том, что ее жители спускаются по воде для торговли54. Из контекста этих и других источников можно понять, что "Куйяба", то есть Киев, является столицей собственно "Русийи", тогда как северная часть страны так и называется "Славийя", а жители этих областей соответственно русскими и славянами. Но где тогда искать загадочную Арсанийю, называемую также Арсой или Артанией?

Наряду с этим вполне реалистическим описанием "трех групп русов" многие арабские авторы сообщают рассказ о некоем таинственном "острове Русов"; наиболее раннее из повествований этого типа принадлежит, по-видимому, ал-Джарми, писавшему в середине 9 в. Вот как выглядит "остров Русов" согласно наиболее ранней из дошедшей до нас версий, принадлежащей Ибн Руста (начало 10 в.):

"...Что же касается ар-Русийи, то она находится на острове окруженном озером... У них есть царь, называемый хакан русое. Они нападают на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их в плен, везут в Хазаран и Булкар и там продают. Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян. Когда у них рождается сын, то он (рус) дарит новорожденному обнаженный меч, кладет его перед ребенком и говорит: "Я не оставлю тебе в наследство никакого имущества и нет у тебя ничего, кроме того, что приобретешь этим мечом"... У них много городов, и живут они привольно. Гостям оказывают почет... Они храбры и мужественны, и если нападают на другой народ, то не отстают, пока не уничтожат его полностью. Побежденных истребляют или обращают в рабство. Они высокого роста, статные и смелые при нападениях. Но на коне смелости не проявляют и все свои набеги, походы совершают на кораблях".55

А вот более поздний вариант того же рассказа, приведенный автором 11-го века Аль-Марвази ("Таба и ал-зайван"):

"Что же касается ар-Руси, то они живут на острове в море. Тот остров занимает пространство в три дня пути в то и другое направление. На острове леса и болота, и окружен он озером. Они, русы, многочисленны и рассматривают меч как средство существования... И они народ сильный и могучий, и ходят в дальние места с целью набегов, а также плавают они на кораблях в Хазарское море, нападают на корабли и захватывают товары. Храбрость их и мужество хорошо известны, так что один из них равноценен многим из других народов..."

Итак, "остров Русов" в описании арабских авторов выглядит следующим образом: 1) он расположен в море или озере; 2) размер - "три дня пути"; 3) остров лесистый и болотистый, мало пригодный для сельского хозяйства; 4) тем не менее его население многочисленно - по некоторым арабским источникам, до 100 тыс. человек (!); живет в богатых городах; 5) жители занимаются мореплаванием, довольно агрессивны, ходят в морские походы.

Загадочный остров пытались локализовать в самых разнообразных местах; одна из версий - что арабы имели в виду северные земли в районе оз. Ильмень, где много болот, рек, озер и т. д. Но, как легко можно убедиться, северные земли - это "Славийя", а не "Русийя"; там жили словены, назвавшиеся своим именем. Может быть, арабы и преувеличили враждебность русов по отношению к славянам, но из их рассказов достаточно ясно, что русские по сравнению со "славянами" крутые ребята, и ведут себя соответственно. Это не похоже на северных "лесовиков". Кроме всего прочего, в рассказе речь идет о самом что ни на есть настоящем острове, расположенном не то среди озера, не то среди моря. Об этом острове сообщается конкретная информация: оказывается, обойти его можно за три дня пути... Это вовсе не аллегория, а самый нормальный остров, средних размеров, не маленький и не большой. Где же он мог находиться?..

Иногда от арабского рассказа об "острове русов" пытаются отделаться на том основании, что, Дескать, это "легенда". Но если все это выдумки, зачем бы стали серьезные арабские авторы переписывать рассказ снова и снова? Время рано или поздно откорректировало бы недостоверную информацию. Наконец, совершенно неприлично использовать повесть об "острове русов" в качестве доказательства норманизма. В сущности, для этого есть только одно основание: уж слишком островные русы круты... В походы ходят, нападают, да еще на кораблях. Наверное, это викинги! Короче говоря, старая песня. Однако же из арабского рассказа ясно видно, что речь идет не об элите какого-то государства, и не о бродячих отрядах "варягов", а именно о территориально целостном народе, просто живущем на своем острове... Недобросовестность норманистов, их "научные" методы притягивания за уши ясно видны по отношению к арабским источникам.

Так что же это такое - "остров русов"? Если средневековые арабы придавали ему такое важное значение, почему мы ничего о нем не знаем? А это как сказать, может быть, и знаем кое-что... "На море-океане, на острове Буяне..." Кто не помнит этого классического зачина русских сказок? Между тем давно уже предполагалось, что в произведениях "устного народного творчества" имеется в виду вполне конкретный остров, расположенный вблизи южного побережья Балтийского моря, а именно остров Рюген56. Название его связано с именем западнославянского народа "руги"; следует заметить, что были варианты этнонима: Руги, Рутены, Русины, Русци, Ройаны, Раны, Руяны. Вот этот последний вариант и преобразился в народной традиции: из Руяна стал Буян. Так часто бывает: старое название наполняют новым смыслом, используя созвучие. Но руги-руяны, как сообщает ряд средневековых источников, назывались также и русами, и именно это и было, видимо, их "главным", родовым именем... Вот же он, "остров русов". Никуда не делся, жив и в действительности и в воспоминаниях.

Что он представлял собой в раннем средневековье, почему ему придавали такое важное значение? В древности остров Рюген был больше, чем сейчас; его несколько разрушило землетрясение. Этот остров был упомянут впервые в 75.1 году в англосаксонской хронике Беды Достопочтенного под названием Rugini. Но сам этноним "руги" известен по крайней мере с конца 1 в. н. э.: именно в западной части южно балтийского Поморья помещал Тацит некий народ ругиев...

На острове Рюген (Ругин) располагался город Аркона - крупный сакральный центр поморских славян. В городе находилось святилище верховного бога славянского пантеона, Свентовита (Свято-вита). Насколько это святилище почиталось, ясно видно из того факта, что ему приносили дары даже датские короли, и уже после принятия христианства! Жители острова действительно отличались мужеством, как и вообще все венды; изоляция острова, разумеется, способствовала созданию своего рода военно-морской базы для экспансии на дальние расстояния. О том, что поморские венды-русы были достаточно воинственны и совершали дальние набеги, свидетельствуют современные источники; так, например, в походы на запад, грабить Англию, западные славяне и скандинавы-датчане ходили вместе, проявляя при этом трогательное единодушие... Наконец, самое главное: совпадают параметры острова. Площадь Рюгена около 1000 квадратных км, а это как раз и составляет примерно три дня пути. Кроме того, остров расположен в Балтийском море, о котором в древности действительно могли иметь двойственное представление, и как о море, и как об озере (Балтика мелководный, достаточно замкнутый бассейн).

Остров Ругин-Руян и его столица Аркона были крупным центром западнославянской (вендской) Цивилизации, центром религиозным, военным и государственно-политическим одновременно. Именно сакральное дохристианское значение Ругина и Арконы отразилось в "сказочной" традиции, превратившей реальное место в таинственный "остров Буян". /Важное значение Ругина и получило отражение в арабской исторической традиции, упоминающей его как "остров русов". Все упоминания арабских авторов о нем собственно к России отношения не имеют, речь идет о западнославянском Поморье. От этого вся путаница! Настоящая Россия, Киевская Русь, делится, по мнению арабских авторов на две области: южную, с центром в Киеве (Куяве), называемую также ар-Русийя, и северную, именуемую ас-Славийя. Третья область, Артания (Арсанийя) - это и есть "остров Русов", Ругин с его сакральным центр ом Арконой'. Значит, еще в 9 в. было две Руси... Следует вспомнить, что и византийский император Константин Багрянородный, писавший в середине 10 в., различал две Руси: ближнюю (по отношению к Константинополю; видимо, имелась в виду именно Киевская Русь), и дальнюю (очевидно, прибалтийская).

Таким образом, сообщения арабских и других авторов, фиксирующие ситуацию 9 в., получают полное объяснение: есть два этнополитических объединения на Восточно-Европейской равнине, северное - Словения, с центром в Новгороде, и южное собственно Русь, с центром в Киеве. Но кроме этого, есть еще и другая Русь, центрально-европейская, южнобалтийская; эта Русь имеет крупный центр, расположенный на острове Рюген, и другое ее название Аркона (Арса, Артания), по имени главного города.

Даже при беглом просмотре источников видно, что этнонимы "русы" и "руги" в средние века значили примерно одно и тоже и применялись как к западной, балтийской, так и к восточной, "киевской" ветви славян. Продолжение хроники Регинона, написанное Адальбертом, с 968 г. - епископом Магдебургским, сообщает о Елене, королеве ругов, которая, конечно же, являлась княгиней Ольгой (Адальберт был в Киеве с "официальным визитом"). Другие германские хроники тоже использовали этот титул. Гильом Жюмьеж-ский, автор конца 11 в., сообщает о браке короля Франции Генриха с дочерью короля ругов; очевидно, что речь шла об Анне, дочери Ярослава Мудрого... Видимо, термины "русы" и "руги" в глазах западноевропейских авторов раннего средневековья значили примерно одно и то же. Итак, некоторые источники называют "ругами" именно жителей Киевской Руси. Но с другой стороны, имеется немало сведений и о том, что западнославянских ругов именовали, в свою очередь, русами...58

Итак, в раннем средневековье были известны две группы русов: одна в районе от Среднерусской возвышенности до Приазовья-Причерноморья, другая на славянских землях южнобалтийского Поморья, вблизи устья Одера. Остров Рюген (Ругин) также был заселен "русами", из чего следует тождество западных русов и ругов, известных в этих местах еще со времен Тацита. Западная же часть славянского Поморья, до устья Эльбы и Ютландии именовалась Вагрией, землей варягов. Следовательно, южная Прибалтика в раннем средневековье состояла из: 1) Славонии, или Вагрии, от основания полуострова Ютландия; 2) Руссии, или Ругии, от острова Рюген и далее; 3) Пруссии, земли балтийцев (современная Калининградская область) и литовских земель 4) эстонских (чудских) и финских земель. Славянская Руссия граничила с балтийской Пруссией; на очевидное сходство имен давно обращалось внимание - Очевидно, что происхождение этих "сдвоенных" имен относится по крайней мере к эпохе балто-славянского единства.

Этнонимы "варяги" и "русь" первоначально означали разные народы западнославянской (вендской) группы, как это и следует из текста Повести временных лет. Позднее, видимо, термин "варяги" разросся до "родового" обозначения всех южно балтийских славян вообще, почему в тексте летописи и сказано: пошли к варягам, к руси (в том смысле, что русь - это частное подразделение внутри "варяжской"-поморской славянской общности).

Остается выяснить вопрос: откуда такое совпадение этнонимов на южнобалтийском, вендском Поморье и в южной (тогда южной, а теперь центральной) России? И это вполне объяснимо: по сообщению Повести временных лет, вятичи и радимичи, заселившие центр России, пришли именно из западнославянских, польских земель ("из ляхов"). С точки зрения археологии, эта великая славянская миграция прослеживается как движение из Центральной Европы на восток культур пражской керамики в 7-8 вв. По-видимому, в рамках этого движения этнос, занимавший крайние северо-западные пределы славянской территории, обитавший в междуречье Эльбы и Вислы, продвинулся дальше всего на восток, заняв Среднерусскую возвышенность. Между прочим, "вятичи", "вяты" это и есть венды в более древнем произношении...59

Признание существования в раннесредневековой Европе двух народов по имени русь (вернее, двух ветвей одного народа) сразу избавляет от неопределенности и позволяет истолковать ранее совершенно непонятные сообщения источников. Ведь до сих пор все сообщения о "руси" без разбора приписывали Новгородскому или Киевскому государству, несмотря на вопиющие противоречия, возникающие при такой интерпретации. Прежде всего это относится к известию арабского автора аль-Якуби о нападении на Севилью с моря в 844 г. неких маджусов по имени ар-Рус60 (маджусы, как известно, в глазах мусульманина - это огнепоклонники). Другой арабский автор, Масуди, подтвердил это сообщение, но истолковал его так: русы это народ, живущий по северному берегу Черного моря, а значит, попасть в Испанию они могли только средниземноморским путем61. Но это же совершенно невероятно: ходить войной из Черного моря в Испанию далековато и невыгодно; никогда этого не было. Зачем? Только выезжаешь в 9 в. в Боспор - а там богатый Константинополь, Византия; есть на кого напасть и без Севильи... На этом основании сообщение Якуби относили к числу "недостоверных"... Однако что же в нем недостоверного? Если предположить, что огнепоклонники "ар-Рус", напавшие на Севилью это западные русы, венды, то все становится на свои места. Конечно, нападение совершилось через Атлантику, а не Средиземноморье!

Что венды-поморяне ходили в дальние морские походы, хорошо известно; они принимали участие в экспансии на Британские острова вместе с датчанами, основывали поселения в Англии, Нидерландах, на побережье Франции. Севилья находится далековато от этого региона, но все же в пределах досягаемости, в "сфере влияния". Арабский автор Ибн-Лкуб писал в 10 в. о том, что русы достигают Испании через "рукав моря-океана".. . Путь из Балтики через Ла-Манш дальше на юг, огибая Бретань и Пиренейский полуостров вполне реальное, исторически известное направление морских походов. Из этого делали заключение, что русы это скандинавы. Но в тексте ясно сказано, что "ар-Рус" были маджусы, а скандинавы эпохи викингов огнепоклонниками не были. Культ огня типично "скифский" и славянский... Понятно, что упоминание о Черном море домысел автора: прикинув, где находится Россия (в современном смысле слова, территориально более близкая к исламским странам) и где - Севилья, он сообразил, что доплыть туда можно только по Средиземному морю...

Многие сообщения о Руси и русских князьях, датируемые 9-10 и даже 11-м веком, совершенно неправомерно относили к Киевской Руси; особенно это касается вопроса о династических связях (см. Приложение). Например, в так называемых "Законах Эдуарда Исповедника", английском документе, написанном в 1130-х гг., содержится рассказ о сыновьях короля Англии Эдмунда Железнобокого, уступивших престол королю Дании Кнуду Великому и бежавших в 1016 г. в землю ругов, "которую мы называем Руссцией". Один из двух сыновей, принц Эдуард, отправился затем из "Руссции" в Венгрию, женился там на принцессе и вернулся домой только в 1056 г. Совершенно очевидно, что речь идет о западнославянской Руси, а не о государстве Ярослава Мудрого; никаких сведений о пребывании в Киеве принца Эдуарда нет. Далее известно, что Эстреди, сестра знаменитого Кнуда Великого, объединившего под своей властью Данию, Англию и Норвегию, была выдана замуж за сына русского короля. Если бы речь шла о каком-то представителе династии Рюриковичей, такое событие никак не могло бы остаться незамеченным: Кнуд Великий был в свое время одним из сильнейших государей Европы. Между тем никаких сообщений об этом браке в русских летописях нет...

Наконец, знаменитое сообщение Вертинских анналов Пруденция, "аргумент-дубина" норманистов. В тексте сказано, что в 839 г. посольство правителя русов, носящего титул Хакан, прибыло проездом из Константинополя в Ингельгейм, на земли империи, мотивируя это тем, что возвращение прежней дорогой для них "по техническим причинам" невозможно62. Посольство императору Людовику Благочестивому не понравилось; проверка показала, что эти послы по национальности были свеонами. По-видимому, они пропущены не были. Этот текст поистине является краеугольным камнем норманизма: тут и свеоны (шведы?), и титул Хакан, читаемый как Каган (что уже напоминает о хазарах!). Кроме того, из более возднего послания императора Людовика Второго византийскому императору Василию (870г.) известно, что какой-то правитель севера носил титул "хаканус нортанорум", приравниваемый к королевскому.

Из этого сделали такую "норманическую конструкцию": на севере России, в Новгороде, правили "варяги-норманы", по национальности свеоны шведы, а их правитель назывался хакан, то есть каган - в подражание хазарам! В противовес этому абсурду выдвигалось предположение, что посольство русов 839 г. было отправлено из Киева, а сами послы могли быть "служилыми" варягами63. Но сообщение Бертинских анналов необходимо соотнести с "островом русов" арабских источников, поскольку те тоже называли "царя русов" Хаканом...

Все объясняется довольно просто: посольство 839 г. было отправлено не из Новгорода и уж никак не из Киева, а из земель прибалтийских русов (ругов), скорее всего, прямо с острова Рюген. Если бы речь шла о сношении Византии с Киевской или Новгородской Русью еще в 839г., это обязательно получило бы отражение в наших или греческих источниках. "Траектория полета" послов из Константинополя в Ингельгейм по дороге в Киев или даже в Новгород - невероятна, но если предположить, что послы добирались на варяжское (вендское) Поморье, все сходится. Но почему послы оказались свеонами! Неужели это "свей", то есть шведы?

А. Г. Кузьмин сопоставил это название с упомянутым еще Тацитом племенем свионов, бывшим подразделением более крупного объединения свевов, занимавшего междуречье Эльбы и Одера. И Тацит, и другие авторы использовали термин "свевы" как синоним вообще "германцев", в собирательном смысле (по Тациту, в "Германию" входили и венды-славяне, и эстии-балты, и даже финны). О том, что такая тер минология держалась и много веков после Тацита, свидетельствует сообщение Баварского географа, датируемое как раз серединой 9 в., о том, чтот народы к северу от Дуная называются свевами.64 А в это время к северу от Дуная и до Балтики жили, уже совершенно несомненно, славяне! Так что Пруденций, автор того же времени, что и Баварский географ, вполне мог называть жителей острова Рюген свеонами совершенно безотносительно к их реальной национальности...

Ну хорошо, а титул, титул? Ранние норманисты эпохи Шлецера видели в "Хакане" Вертинских анналов какого-нибудь норвежского конунга Хакона, но поздние были вынуждены отказаться от этой "блестящей" идеи: не было в то время среди скандинавских правителей никаких Хаконов. Такая жалость! Тогда перешли на "хазарский след"... В конце концов из маленького текста Пруденция родился миф о целом государстве на новгородской земле, "Каганате русов", в котором правили будто бы скандинавы, а титулатура (видно, и культура!) шла от хазар. Однако первые новгородские князья титул "каган" не носили. Как сообщает Ибн-Хордадбех, автор 9 в., правитель у русов и славян назывался просто "кназ"...

Единственно приемлемое объяснение сообщения Вертинских анналов может быть только одно: посольство в Византию было отправлено с территории прибалтийских русов ругов, скорее всего, непосредственно с острова Рюген. В таком случае траектория путешествия посольства из Константинополя на южнобалтийское побережье через земли империи Каролингов вполне объяснима, объяснимо и название "свеоны", принятое в западной историографии по отношению к прибалтийским славянам еще со времен Тацита. Больше того, можно найти подтверждение, что именно правитель острова Рюген носил титул "Хакан"!

В англосаксонском стихотворном произведении "Видсид", записанном в 8 веке, упоминаются властители разных народов, правившие в 4-6 вв. В последних стихах говорится: "Хаген властвовал над хольмрюгенцами, Хеден - над гломма-ми. Витта властвовал над свевами, Ватанад Хельсингом".65 Хольм (то есть островные) руги - это как раз интересующие нас балтийские славяне, русы. Имя правителя, Хагена, хорошо известно из германского эпоса: с ним связана устойчивая легендарная традиция, повествующая о похищении его дочери, прекрасной Хильды, норвежским королем Хеденом. Рассерженный отец гонится за похитителем и сражается с ним на острове Хитинзее (расположенном вблизи Рюгена!); противники убивают друг друга, затем Хильда воскрешает их с помощью колдовства и битва продолжается вечно... В таком виде сюжет изложен в "Истории датчан" Саксона Грамматика, в "Младшей Эдде", в саге "Прядь о Серли", то есть в произведениях 12-14 вв.; литературная обработка содержится в известной поэме "Кудруна" (13 в.). Везде в этих довольно поздних произведениях Хаген назван ютом, датчанином, и только в раннем английском стихотворении 8 в. указывается, что Хаген правитель ругов; это вполне соответствует и легендарному месту битвы.

Сходство имени Хаген и титула правителя "Хакан" очень большое, во всяком случае, не меньшее, чем при сопоставлении хакан-каган. Возможно, в эпическом сюжете о похищении прекрасной Хильды первоначально речь шла о борьбе скандинавов и прибалтийских вендов-ругов, память о чем сохранялась еще в 8 в.; уже в средние века, когда вендская цивилизация пала, произошла "инкорпорация" эпического героя в германскую общность. Вполне возможно, что имя "Хаген" представляло собой просто титул короля ругов, известное по сообщению Вертинских анналов и письму Людовика Второго византийскому императору как "Хакан". Король Хаген из германского эпоса это и есть "хаканус нортанорум", правитель славянского острова Ругин, острова русов, известного арабским источникам...

Имел ли титул короля островных ругов "ха-кан" отношение к титулатуре центральноазиатских тюркоязычных народов авар, хазар, монголов? По всей видимости, да. Но такая связь ни в коем случае не могла осуществиться через прямое заимствование. Титул, обозначение высшей власти это не пустяк, а сакральный символ, относящийся к самым глубинным пластам культуры. Уходят сакральные символы обычно в такую древность, от заглядывания в которую кружится голова. Вполне возможно, что широкое распространение титула "каган-хакан" на просторах Евразии было связано с расселением арийских народов, так как известно, что арийцы долгое время (влоть до начала 1 тыс. до н. э.) доминировали в Центральной Азии, а тюркско-монгольские народы многое заимствовали из их культуры.

Если предположить, что титул "каган" (хакан) имеет древнее арийское происхождение, становится понятным использование его многими народами, обитавшими на огромных пространствах, от пустыни Гоби до острова Рюген. Известно, что этим титулом пользовались и в Киевской Руси, по крайней мере, во времена Владимира Красное Солнышко и Ярослава. Еще в "Слове о полку Игореве" черниговско-северский князь Олег Святославич назывался "коганем"66. Не приходится удивляться, что древний титул дольше всего удерживался именно в землях вятичей и северян, особо ревностно хранивших верность древней арийской религии.

* * *

Итак, можно утверждать, что историки 9-10 вв. знали две Руси: одну из них можно отождествить с западнославянским Поморьем, от устья Одера и острова Рюген до Вислы, а другая и есть "Русская земля", известная по нашим летописям. Точно такое же "раздвоение" происходило и с другим, не менее известным топонимом: если земли по Дунаю назывались Словенией и Словакией, то почти такое же название закрепилось и за северо-восточными территориями в районе Приильменья "Словенская земля". По-видимому, славянские мигранты с запада принесли с собой в 7-8 вв. и собственные имена...

Известно, что в широком смысле название "Русь" применялось ко всем землям, входившим в состав государства Святослава и Владимира, но в более тесном смысле под "русской землей" в раннем средневековье подразумевались только юго-восточные земли, занимаемые племенами полян, северян и вятичей. Юго-западные племена (древляне, волыняне, хорваты и др.) в состав этой "Руси" не входили67; еще в 9 в., судя по всему, у них были собственные государства, именуемые арабами "Валинана" (Волынь) и "Джарваб" (Хорватия, будущая Галичина). Северо-западные районы, вошедшие в состав Полоцкого княжества, тоже носили собственное имя "земель кривских"; новгородское Приильменье вообще чуть ли не до 15 в. называлось своим именем, "землей словенской".

Но и на юго-востоке, по-видимому, существовала своя иерархия. Так, Аскольд и Дир владели, согласно летописи, не русской, а Польской (в смысле полянской) землей. Радимичи, согласно той же летописи, были также чем-то отличным от собственно "русских"... Кто же остается? Северяне и вятичи. Жители средневековой Чернигово-Северско-Рязанской земли, современной Центральной России... Только они в летописи никогда не противопоставляются русским, никогда не упоминаются, как нечто особенное от русских. Теперь понятно, почему Игорь Святославич, князь Северский и позднее - Черниговский, уходя на юг в поход, обернулся и воскликнул: "О Русская земля!"...

По-видимому, Русь в раннем средневековье это земли примерно от Москвы на севере до Воронежа на юге, от Днепра на западе до Мурома и Рязани на востоке. Что же здесь странного? Ведь это и теперь самая настоящая Россия, ее центр. Россия всегда называлась Россией; это вполне естественно и нормально... Совпадение этнонима русь на западе и востоке в таком случае, оказывается не случайным: оно указывает на генетическое родство. Венды-вятичи-русские пришли в Центральную Россию в 7-8 вв. из междуречья Эльбы-Одера-Вислы. Сюда переместился центр цивилизации, но какая-то ее часть, уже ослабленная этим перемещением еще оставалась на западе в течение средних веков, еще прикрывала с запада новую общность, зревшую на востоке, пока окончательно не погибла в 12 в. Вендская цивилизация подошла к концу - ее энергия перетекла на Восток. Началась история новой России.



50 См.: Иордан. О происхождении и деянии гетов. Перевод и комментарии Е. С. Скржинской. М, 1960, стр. 91-92; Н. В. Пигулевская. Сирийские источники по истории народов СССР, М.-Л., 1941; С. Лесной. Откуда ты, Русь? Ростов-на-Дону. Донское слово; Квадрат: 1995, стр. 80-83; Г. В. Вернадский. Древняя Русь. Тверь-Москва, ЛЕАН, АГРАФ, 1996, стр. 268-269; Материалы по истории СССР под ред. А. Д. Горского. Вып. 1, стр. 263-267.
51 См.: Г. Ловмяньский. Руссы и руги. Вопросы истории, 1971, № 9, стр. 48.
52 См. А. Н. Насонов "Русская земля" и образование территории древнерусского государства, 1951.
53 Московская повесть о походе Ивана Третьего Васильевича на Новгород. Памятники литературы древней Руси. Вторая половина 15 века. М., Худ. Лит., 1982, стр. 378.
54 Материалы по истории СССР под ред. А. Д. Горского. Вып. 1, стр. 297.
55 Там же, 1985, стр. 295-296.
56 См.: А. Г. Кузьмин. Комментарии в сб.: Откуда есть пошла русская земля, кн. 2, стр. 686-687.
57 Это предполагал еще в 1859 г. И. Хрбек.
58 Сведения из источников, упоминающих так или иначе о прибалтийской и центрально-европейской Руси, приведены в Приложении 2.
59 С исчезновением носовых звуков корень -венд переходит в -вят, как показал А. А. Шахматов; см. А. А. Шахматов. Древнейшие судьбы русского племени. Петроград, 1918, стр. 38.
60 См. А. Я. Гаркави. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. Спб, 1870, стр. 129.
61 См.: Т. М. Калинина. Ал-Масуди о расселении русов. В сб.: Восточная Европа в древности и средневековье. М., Наука, 1978, стр. 16-22.
62 Материалы по истории СССР под ред. А. Д. Горского. Вып. 1, стр. 265-266.
63 А. Н. Сахаров считает, что посольство было отправлено из русского Киевского государства. См.: А. Н. Сахаров. Дипломатия Древней Руси. М, 1980, стр. 79-81.
64 А. Г. Кузьмин. "Варяги" и "Русь" на Балтийском море, стр. 36.
65 Р. В. Френкель. Эпическая поэма "Кудруна". В кн. Кудруна. М, Наука, 1983, стр. 329.
66 Слово о полку Игореве. В сб.: Изборник, М., Художественная литература, 1969, стр. 212.
67 А. Н. Насонов. "Русская земля" и образование территории древнерусского государства. М, 1951, стр. 29, 55-56.


Назад Продолжение

Design by Heathen
© 2000 HW